Талейсник   Семен

     

160 лет тому назад, 30 марта 1853 года в небольшой деревушке Грот-Зюндерт, что в Нидерландах, недалеко от границы с Бельгией, в семье протестантского пастора родился всемирно известный голландский художник - постимпрессионист Винсент Виллем Ван Гог (Vincent Willem van Gogh).

       486px-vincent_van_gogh_1866492px-autoportrait_de_vincent_van_gogh
        
Ви нсент, примерно в 13-15 лет.                  Автопортрет, 1889 год.

   
     Несколько слов об использовании мною термина «башмаки», объединяющего все виды обуви, нарисованных Ван Гогом. Это название чаще всего применяется для обозначения обуви. То ли это ботинки, то ли туфли или сабо, то ли деревянные кломпы. Старые, поношенные, грязные - все они башмаки. И картины с их изображением чаще тоже подписаны этим словом. Оно часто встречается и в русской литературе.  А теперь переходим к  рассматриванию всяких башмаков на полотнах художника.

                     &nbs p;        &n bsp;  ВСЕ  БАШМАКИ  ВАН ГОГА

1
               «Едоки картофеля». 1885. Музей Ван Гога. Амстердам.
 
     Не показал Винсент Виллем Ван Гог на своей известной картине «Едоки картофеля», что надето на ногах этих едоков, сидящих по сторонам сколоченного из грубых необтёсанных досок то ли стола, то ли ящика. Так как колени мужчин и женщин по правую и левую стороны прижаты к этому столу-ящику и не видны вовсе. Да и низок этот стол, чуть повыше стульев. Едоки сосредоточены на еде, размеренном и основательном ритуале поедания её. Крестьяне, уставшие и севшие к столу после краткой молитвы, бережно достают, кто вилкой, кто ложкой, а кто руками, ещё горячие под восходящим паром, картофелины из общего блюда, заправленного салом, и медленно их пережёвывают. Надо насытиться, восстановить и набрать новые силы перед завтрашним выходом в поле. Из кувшина в белые чашки льётся коричневая жидкость, по-видимому, кофе. Коптит керосиновая или масляная лампа над столом. Тихая вечерняя скудная трапеза...
     Едоки, скорее всего, босы, либо в чулках, так как, сняв обувь, дали отдохнуть своим натруженным за день ногам. Они ещё не обмыли их. Возможно, если хватит сил, это произойдёт перед сном. А пахнувшие потом и телом каждого из них ботинки уже сушатся, тоже отдыхают и разносят своё крестьянское и индивидуальное амбре вокруг того места, куда их поставили до завтра...
     Но художник не забыл об этих ботинках. Он нарисовал их на отдельных холстах. Все пять пар, по числу едоков картофеля. И даже больше - десять картин. Я их отыскал в Интернете, присмотрелся и предположил, что это, возможно, не только и не столько просто рисунки обуви, а отражение более глубокого замысла художника и он вложил в них внутренний смысл их изображения. И в этом предположении я остался не одинок. 
     Попробуем вникнуть и понять эти не столь популярные и мало известные картины великого голландского художника Винсента ван Гога. В этой серии полотен, изображающих ботинки, туфли и сабо (деревянные кломпы) бедняков, что, по словам Ван Гога, есть «говорящая» натура. Мастер как бы закрепил интимные символы верности себе и своим убеждениям, привычкам, манерам носить обувь и засвидетельствовал свою приверженность чисто голландскому бережному отношению к вещам, свойственным человеческой природе. Труд и пот, а также отражение времени, погоды, даже отпечатки формы стоп в результате их длительного ношения с анатомическими особенностями каждого, теми или иными отклонениями в фалангах пальцев, выраженности высоты свода стопы, возможными признаками плоскостопия владельцев обуви - всё оставило на этих ботинках свои следы. «Если от картины, изображающей крестьян, пахнет салом, дымом, картофелем, отлично! Все это только на пользу. Если в хлеву пахнет навозом, прекрасно! Если в полях стоит запах спелых хлебов или картофеля, гуано или навоза, это только на пользу... Картина, изображающая крестьян, ни в коем случае не должна пахнуть духами». Так писал Винсент ван Гог в одном из своих многочисленных писем брату Тео.
     Самой популярной и знаменитой картиной с нарисованной обувью, отнюдь не относящейся к числу общепризнанных шедевров художника, является полотно под названием «Башмаки» (Иногда под этой картиной пишут название «Ботинки»). Натурой, якобы, послужила купленная Ван Гогом на парижском блошином рынке в 1886 году пара изношенных ботинок. В одних источниках - это крестьянская обувь, по другим - приобретена у работяги. Цель их приобретения тоже разниться. То ли они были куплены по - случаю, то ли специально для задуманного полотна.
     Известность этой картины возникла по разным причинам. Первая состоит в том, что изображение обуви, вообще довольно эксклюзивный проект, вызвало несколько дискуссионных статей с анализом рисунка и вторичным искусствоведческим и философским анализом предполагаемого замысла автора. Вторая причина, более современная - это коммерческая сторона вопроса после того, как картина была выставлена на продажу на аукционе. Надо отметить, что не так давно (в 2007 г.) состоялась мини выставка с экспозицией только этой одной картины: «Башмаки» Ван Гога» в Кёльнском Музее Вальрафа - Рихарца (Wallraf-Richartz-Museum). И ещё. Этой картине несколько поэтов посвятили стихотворные строки. Так что рост популярности полотна, можно предположить, ещё не завершён...
     Франсуа Гози, бывший учеником в парижском ателье Кормона в 1886-1887 гг., написал о том, как Ван Гог, в своей парижской мастерской, показал ему картину, изображающую пару башмаков. Тогда работа над ней близилась к завершению. Гози писал о Ван Гоге: «На блошином рынке он приобрел пару старых башмаков, башмаков возчика (charretier). Они были тяжелыми и толстыми, но чистыми и начищенными до блеска. Это были забавные башмаки (croquenots riches). В одно дождливое утро он, якобы, надел их и пошел прогуляться. Заляпанные грязью, они стали еще интереснее... Винсент правдиво изобразил их на картине».
     А вот и последняя сенсация, сделавшая это полотно ещё более знаменитым уже для русского ценителя творчества Ван Гога: EchoMSK 28 апреля 2012, 22:03 в ГМИИ им. Пушкина в рамках программы Ксении Басилашвили «Хранители» (совместно с компанией «Сетевизор») для пользователей сайта "Эхо Москвы" состоялся эксклюзивный показ картины Винсента ван Гога «Башмаки», привезённой из Амстердама для выставки «Воображаемый музей». Презентация была транслирована по видео - репортажу на сетевизоре...


2        & ; ;   Картина «БАШМАКИ» (нидерл. Ein Paar Schuhe). Винсент ван Гог.  
        Музей Винсента ван Гога, Амстердам. 

     Картина написана летом 1886 года в Париже. Эта картина, якобы, была продана на одном из аукционов «Сотбис» в Лондоне 7 ноября 2006, за $8,976,000. На картине Ван Гога «Ботинки» изображены два измятых, вконец исхоженных, ботинка, причём кажущиеся, что оба с левой ноги, в то же время равные друг другу в своей принадлежности одному хозяину.
     Австралийский поэт Джон Ловетт (John Lovett из города Кума (Австралия) в 1953), посмотрев этот рисунок, в стихотворении «Портрет ботинка» написал такие стихи:
 
Смотрю на стоптанный башмак:
Один, второй. Как будто левых?
Крестьянский труд - нутра их мрак,
Тяжёлых дух гнездится в чревах.
Неведом им ухода воск;
Без формы - плачут ортопеды.
Вервей закрученных полос,
Жевали будто шнуркоеды.
Они ещё вместят в себя,
Узлами скрученные пальцы.
И погребут, судьбу терпя,
Сквозь жизни ад - неандертальцы.

    Башмаки как сироты жмутся посреди свободного пространства, где, казалось бы, достаточно места для менее тесного их расположения. Но они привыкли топтать землю, пашню, пол мастерской, всегда, будучи рядом, «впряженными» в тело и в работу одного человека, надетыми на его обе неразлучные ноги - труженицы. Их истерзанные насилием шнурования и стягивания, уплотнённые шнурки - верёвки, возможно, уже были заменены, не выдержав испытания временем, выглядят весьма плачевно и нечисто, как и сами ботинки. На картине нет даже земли, налипшей на башмаки в поле или по дороге с поля, а эта приставшая к башмакам земля могла бы, по крайней мере, указать на их применение. Нет частиц опилок или мелкой стружки, которые могли бы рассказать о работе их хозяина в мастерской, где выстругивали кломпы. Нет и мучной пыли на них или шелухи с зерён, попавших на мельнице. Просто стоят крестьянские башмаки, и, кроме них, нет ничего. Такова была задумка художника...
     Некоторые исследователи творчества Ван Гога находили разные причины, вызвавшие у художника идею натюрмортов с ботинками. К одной из них относят описание Флобером, которого Ван Гог весьма ценил, своих старых башмаков в письме к Луизе Коле: - «В обычной старой паре башмаков есть что-то очень грустное. Когда ты думаешь обо всех шагах, которые ты сделал в этой обуви, Бог знает где, обо всей траве, которую вытоптал, обо всей грязи, которую собрал, о треснувшей коже, которая щерится, то, как бы хочется сказать, остолоп, купи себе новую пару башмаков из блестящей, поскрипывающей кожи. - И она однажды станет похожей на меня, на тебя, после того, как ты несколько раз запятнаешь верх и промочишь носок». Поскольку это письмо с датой «13 декабря 1846 г.» было опубликовано в 1887 г., оно могло быть прочитано художником.
     Идея нарисовать свои башмаки могла зародиться у Ван Гога и после того, как он увидел набросок, воспроизведенный в книге Сансье (Sensier) о художнике Милле. Книга эта называется «Художник и крестьянин», она была напечатана в 1864 г. На Ван Гога эта книга произвела глубокое впечатление, о чём он не раз ссылался на нее в своих письмах. Сравнение наброска Милле, изображающего его башмаки с деревянными подошвами с картиной Ван Гога, подтверждает предположение о возможном желании написать свой вариант ботинок. Майер Шапиро предполагает, что немногие осмелились бы посвятить целое полотно собственным башмакам, обращенное к образованной публике. Вряд ли это сделали бы Мане, Сезанн, Ренуар или Милле. И никто из них не изобразил бы башмаки так, как это сделал Ван Гог.



 «Пара ботинок». Париж, 1887. Балтиморский музей изобразительных искусств. Коллекция Кона.
     На этом более позднем этюде, тяжелые, подбитые гвоздями ботинки, по-видимому, рабочего человека, занятого на «чистом» производстве стоят словно близнецы - братья, один из которых небрежно скинутый с уставшей ноги, перевернулся подошвой кверху. Они всё же оказались рядом, как и первая пара, тесно прижавшаяся друг к другу, и один, робко трогая другого развязанным шнурком - пальцем, как бы вопрошает: - «Не ушибся ли ты при падении? Ты ОК?»
     Ван Гог, рисуя ботинки, создаёт их живой портрет, описывает вещь, а не какую-то абстракцию предмета с натуры, отражает как бы взаимоотношения ботинок между собой, показывает их живое соприкосновение друг с другом. Для этой связи в каждой паре (а он рисует только пары ботинок) он оживляет шнурки, как некие образы рук, одухотворяет их, заставляет их прикасаться ко второму ботинку, как бы передавая сотоварищу свои мысли и переживания.
     Некоторые исследователи пишут о «психологии», навеваемой картинами и даже проводят аналогии с переживаниями самого художника. Возможно, права искусствовед А. Шиманска, утверждающая, что подобные работы являют собой «потрясающий символ замученного человека, который осознает себя через вещь, через настроение усталости от своего существования». А Ван Гог всю свою беспокойную жизнь был усталым, надломленным человеком с неустойчивой психикой. Трудно сказать, какую из картин с единственной парой башмаков друг Ван Гога Гоген видел в Арли. Он описал об этом несколькими годами позже и с некоторыми литературными преувеличениями: «....Видишь ли, эти башмаки стойко перенесли все трудности дороги». Эта строка из его рассказа подтверждает ключевой факт, состоящий в том, что для Ван Гога принадлежавшие ему башмаки были памятной частицей его жизни, священной реликвией. Майер Шапиро в своей статье «Натюрморт как личный объект: заметки о Хайдеггере и Ван Гоге» (1968), Топос, № 2-3 (5), приводит абзац из романа Кнута Гамсуна «Голод», написанного в 1880-е 2001 гг., где герой описывает свою обувь и своё к ней отношение. Шапиро считает, что описание обуви у Гамсуна отражает подобное отношение Ван Гога к изображаемым ботинкам, как «частица его самого ».

4 
         Винсент Ван Гог. «Обувь». Музей Метрополитен.

     Присмотришься к этим поношенным, растоптанным, повидавшим всё и хлебнувшим вдоволь лиха обувкам - ботинкам, отдалённо напоминающим нам поношенные современные кеды или кроссовки, и тогда прочувствуешь сам или увидишь целую гамму отраженного в них бытия вплоть до момента снятия их с усталых крестьянских ног. После этого обоюдного облегчения они уже только и способны, молча отдыхать и не двигаясь, поведать и передать зрителю свои чувства, ощущения и переживания в их оригинальном и неповторимом художественном воплощении на холсте. Рассматривая картину, мы не можем даже сказать, где стоят эти башмаки. Вокруг них нет ничего, к чему они могли бы относиться, есть только неопределенное пространство. Художник предусмотрительно создал пустой фон, не отвлекающий смотрящего на посторонние предметы, чтобы он получше рассмотрел главный его объект - поношенные ботинки.

5 
        «Три пары ботинок». Кембридж, Массачусетс, Музей искусств.

     Вот перед нами целая шеренга ботинок-горемык, которые просят  не мешать им отдыхать и в то же время безнадежно-привычно демонстрируют свою разящую изношенность, нищету и усталость, слегка лениво и незаметно для нас, передвигая шнурки-руки, но не сплетая их, лишь в изнеможении опущенных и уложенных расслаблено вразброс. Особенно жалок крайний слева - вконец растоптанный с вывернутыми голенищами и загнутым навечно передним концом, а в перевёрнутом другом ботинке видна намечающаяся дыра в подошве, треснувшей на сгибе.  
     Н.А.Дмитриева в своей моногрфии о Винсенте Ван Гоге "Человек и художник" (М. Художник, 1980), касаясь изображённых на холстах ботинок, пишет: - «Они словно говорят: на нас еще никто никогда как следует не смотрел - так посмотрите же! И мы смотрим и неожиданно для себя видим многое: долгие, долгие дороги, исхоженные упорным путником, покрытые угольной пылью, снегом и лужами, дороги с колдобинами и булыжниками, колючками и комьями земли; видим внутренним зрением и самого путника, который, подобно этим ботинкам, изрядно поизносился, побит и помят, но не потерял способность идти дальше - подметки сделаны на диво прочно и только отполировались от странствий, даже и шнурки не порвались, хоть и расшнуровались наполовину, а язычки башмаков вывалились и повисли набок, как язык у тяжело дышащей усталой собаки.»

6

         Ещё одно изображение ботинок без обнаруженного названия. На этом, предпоследнем в этой серии картин, второй ботинок тоже повёрнут кверху подошвой. Ван Гог явно хотел этим показать, до чего же они изношены, так как состояние подошвы говорит о скором соприкосновении стопы с матушкой - землёй через будущую, уже начинающую протираться дыру в ней. Хотя каблук, судя по его мало скошенным, местами ровным краям и сохранившемуся узору головок сапожных гвоздей ещё не стоптался, а может и был наново подбит деревенским сапожником. Выпирающие, участки кожи ботинка, после того как хозяин почистил их, сняв с ноги, отблескивают среди потёртостей чёрным цветом и отображают слепок натруженных мозолистых, огрубевших пальцев и неровности самой стопы... Пришло время показать и безымянную пару старых ботинок, стоящих на выщербленных досках, причём один из них уже даже без шнурка. Но кант подмёток ещё вроде не отстаёт и они ещё «каши не просят»... Всё же они кажутся уже сношенными.
 

7


     Ван Гогу не прощали новаторства в его склонности к мастерству, не ограниченному в  выборе натуры. Его изображения возвышенного и прекрасного, которое пробивалось через понимание внутренней сути предметов и явлений: от ничтожных, рваных башмаков, до золотистых подсолнухов или фиолетовых ирисов, разноцветных букетов, ярко зелёных полей, ураганных ветров и мрачных заброшенных строений, вызывали непонимание у собратьев по цеху. Умение изображать, порой совершенно несопоставимые в художественном масштабе контрасты, поставило Ван Гога не только вне официальной эстетической концепции художников академического направления, но и заставило его выйти за рамки импрессионистической живописи, стать «попутчиком импрессионистов». Он умел концентрировать своё внимание на, казалось бы, мелочах, превратив, к примеру, персонажи с картины «Едоки картофеля» в символ «униженных и оскорблённых», и заставить стоптанные, рваные ботинки кричать о мучениках нищеты. 
     Если бы авторы закрытия оконных проёмов дома в Нюэнене фрагментами картины «Едоки картофеля», добавили «такую мелочь», как все пять холстов с ботинками, как бы снятыми с ног этих едоков, вместо окон на обратной стороне фасада, то композиция в тематическом оформлении дома могла завершиться ещё более оригинально. Тогда и туристы обходили бы весь дом по окружности, а не проходили только вдоль его фасада.  
    Пока Ван Гог жил, или как пишут, прозябал в голландской провинции, он любил тихую грусть этой страны и вдохновенно там творил... Рассказывают, что однажды в Эйндховене, сравнительно крупном промышленном городе, расположенном неподалеку от Нюэнена, и славившемся текстильными изделиями, шляпами и кружевами, местный торговец красками свел его с художником любителем - кожевником Керссемакерсом. В Эйндховене Винсент смотрел работы Керссемакерса, одобрил их, а тот нанес ему ответный визит в Нюэнен, где в ту пору проживал художник. Картины Винсента, развешанные и разбросанные где попало в неприбранной мастерской, показались кожевнику грубыми и аляповатыми. Они настолько отличались от всего, что он до сей поры привык понимать под живописью, что он простился с Винсентом довольно холодно и даже не пообещал зайти в другой раз.
     Винсент понимал, что его тяга к изображению быта и вещей бедняков не является популярной темой продаваемых и покупаемых полотен и их рыночная стоимость невелика, но взгляды на коммерческую выгоду никогда не довлели над Ван Гогом. Он был и умер нищим. Возможно, что его ботинки имели такой же вид, как и изображённые им на его пяти холстах. Знаете, сколько сотен миллионов долларов теперь стоят эти ботинки на картине? Не самая дорогая, но, безусловно, интересная работа недавней коллекции аукциона Кристи - «Пара ботинок» (38х42; 1886-1887; 8-12 млн. долл.) кисти Винсента Ван Гога. Четыре из пяти картин серии находятся в разных музеях мира, лишь одна - у частного коллекционера, который и выставил ее не так давно на продажу. Менее известны ещё пять картин Вансента Ван Гога, на которых изображена обувь. На одной он нарисовал кожаные сабо. А на другой - полусапожки...

8 
  "ПАРА КОЖАНЫХ САБО". Арль, март 1888. Музей Винсента Ван Гога, Амстердам.
 
     Кожаные начищенные сабо никакого отношения к крестьянским или рабочим ботинкам не имеют. Это обувь другого класса людей, другой социальной группы. Они нарядны, не стоптаны, смазаны ваксой и готовы к воскресному выхода их хозяина на прогулку в парк, приходу в гости, приёму приглашённых гостей дома.

9

     Наименования и место экспозиции этих полусапожек определить мне не удалось. Обувь, по-видимому, кожаная, далеко не новая, возможно женская. Думаю, что она не крестьянская, а городского владельца, работника какой-нибудь мастерской или фабрики. Возможно, домохозяйки. Сброшены небрежно, так как стоят перепутано по стороне ног, на грубо крашенном полу.
     Ещё на трёх натюрмортах художник нарисовал деревянные кломпы рядом с овощами, кухонной посудой, бутылками с вином и хлебом....

 10
       Натюрморт с капустой и деревянными башмаками".1881. Музей Ван Гога. Амстредам.

     В 1881 году, по возвращении в Голландию (в Эттен, куда переехали родители), ван Гог создает свою одну из двух первых живописных работ : «Натюрморт с капустой и деревянными башмаками».   Это один из ранних натюрмортов Ван Гога, выполненный во время обучения у Антона Мауве в Гааге.  Потемневший кочан капусты, лежащие рядом клубни картофеля, либо свёкла с морковью, соседствуют почему-то с парой деревянных кломпов, то ли на полке с неплотно пригнанными досками, то ли на полу сарая или кухни...

11

"Натюрморт с сабо и горшками". Нюэнен, ноябрь 1884. Центральный музей, Нидерланды.

      В сентябре 1855 он пишет «Натюрморт с глиняной посудой, бутылью и двумя деревянными башмаками». Это одна из самых ярких картин по применённым краскам

12

 Натюрморт с глиняным горшком, бутылкой и сабо. Оттерло. Музей Кроллер-Мюллер.
 
      На этих картинах деревянная обувь не выписана, а просто как  бы является показателем крестьянского быта, наряду с утварью и другими атрибутами его. Поэтому и я не стал останавливать внимание читателя на деталях полотен. Просто на них изображена деревянная обувь кломпы (кломпены) или сабо, распространённая прежде в Фламандии, Фландрии и Скандинавии.
     Закончить своё эссе о «ботинках» Ван Гога мне бы хотелось словами крупного немецкого философа Мартина Хайдеггера, который в своём трактате «Истоки художественного творения» (1935/36) писал об этих картинах следующее: «Из темного истоптанного нутра этих башмаков неподвижно глядит на нас упорный труд тяжело ступающих ног во время работы в поле. Тяжелая и грубая прочность башмаков собрала в себе все упорство неспешных шагов вдоль широко раскинувшихся и всегда одних и тех же борозд, над которыми стоит пронизывающий, резкий ветер. На этой коже осталась сытая серость почвы. Одиночество забралось под подошвы этих башмаков, одинокий путь возвращения с поля домой вечерней порой. Немотствующий зов земли отдается в этих башмаках, земли, щедро дарящей зрелость зерна, земли с необъяснимой самоотверженностью ее пустынных полей в глухое зимнее время. Тревожная забота о будущем хлебе насущном сквозит в этих башмаках...».
     Лучше не скажешь. И Винсент Ван Гог всё это показал на своих десяти холстах с разнообразными башмаками...
     На посошок, позвольте привести неожиданное для меня стихотворение, посвящённое башмакам  Ван Гога:
 
Арсений ТАРКОВСКИЙ 13

     Пускай меня простит Винсент Ван Гог
За то, что я помочь ему не мог,
За то, что я травы ему под ноги
Не постелил на выжженной дороге,
За то, что я не развязал шнурков
Его крестьянских пыльных башмаков,
За то, что в зной не дал ему напиться,
Не помешал в больнице застрелиться.
Стою себе, а надо мной навис
Закрученный, как пламя, кипарис.
Лимонный крон и темно-голубое, -
Без них не стал бы я самим собою;
Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.
А эта грубость ангела, с какою
Он свой мазок роднит с моей строкою,
Ведет и вас через его зрачок
Туда, где дышит звездами Ван Гог.
1958




Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Дорогой Сандро! Как я Вам благодарен за то, что вернули меня к моим "любимым" башмакам Ван Гога и присоединились к откликам. Эта работа была предтечей всех остальных моих исканий и размышлений над теми картинами, живописью разных художников, с точки зрения врача и просто любителя, к коим я остался неравнодушным. Иногда это получалось успешно, а подчас и не очень, как всегда бывает. Главное, чтобы не было безразличного к ним отношения...
    Ваш, Семён.

  • Присоединяюсь к похвалам коллег!!!
    Сандро

  • Дорогой Доктор, почти уверен, что даже оказавшиеся для Вас недолгими занятия музыкой не прошли бесследно для Вашей будущей профессии. Вы напомнили о том времени, когда преодолеть вступительный барьер в музыкальную школу – было ой как непросто. Ныне же в наши музыкальную школу готовы взять любого желающего, но все равно не удается обеспечить набор. К примеру, число учащихся в Бердянской музыкальной школе, давшей путевку на большую сцену многим известным музыкантам и вокалистам, по сравнению с прошлым временем уменьшилось в разы. Еще и потому, между прочим, что общеобразовательные школы перешли исключительно на учебу в одну смену. И музыкальные школы перешли на работу в позднее время, когда дети – уже никакие. Валерий

  • Дорогой Валерий!
    Своим неожиданным комментом Вы мне напомнили, как продители пытались мне привить любовь к музыке в детстве. Мне купили скрипку, пюпитр, хотя никаких данных ни собственных, ни наследственных у меня не было. Но как это еврейский ребёнок да без скрипки! Ничего не получилось из меня, о чём молчал частный учитель, но прямо сказали в музыкальной школе на первом же вступительном экзамене. А врач-нвропатолог, которому меня показали родители с жалобой на бред во время даже небольшого повышения тепературы тела, посоветовал им не перегружать меня и не учить "из-под палки" музыке... А это я подслушал и вопрос был заврыт навсегда. Скрипка и пюпитр перешли к тому, кому они были более необходимы. Любовь к музыке осталась, но только слушать, а руки оказались более подходящими для владения хирургическим ножом и дрелью для вскрытия черепов...
    Вот такая ассоциация получилась благодаря Якову Ратманскому и Вашему комментарию.

  • Многие великие хирурги, математики, художники, инженеры, программисты потому и стали великими, что в детстве изучали нотную грамоту, играли на фортепиано, скрипке, иных музыкальных инструментах. И в значительной степени именно благодаря музыке уже в раннем детстве оттренировали и свою память, и руки, и развили не только свои музыкальные таланты. Хотя во взрослой жизни и не стали профессиональными музыкантами. Нередки правда и примеры, когда великие ученые, химики, врачи становились одновременно и знаменитыми композиторами.
    И далеко не случайно в современном Китае многие и многие десятки миллионов детей изучают нотную грамоту,игру на музыкальных инструментах. Судя по всему, именно этой стране и принадлежит будущее.
    К сожалению, хорошая отечественная традиция уделять должное внимание музыкальному образованию на постсоветском пространстве сходит на нет: не стало совершенно конкурса в наши музыкальные школы, закрываются и становится все меньше и самих музыкальных школ, а учителя музыки в большинстве своем влачат нищенское существование.
    В. Кравченко

  • Столь высокое мение о врачах дорогого стоит, тем более, когда и меня вспоминают, как автора этого исследования картин великого Ван Гога, посвящённых башмакам. Могу принять Ваш комплимент хотя бы потому, что никто о них отдельных текстов не написал. Во всяком, случае за пять лет, что я ими занимаюсь не нашёл никого в Интернете, естественно.
    Мне понравилась Ваша история об оркестре медиков, к которому Вы примкнули не без пользы для себя. И Толю Фрилмана понимаю. Когда-то я оставил Ленинградский кораблестроительны и перешёл в Винницкий медицинский по зову сердца и души. И ни разу об этом не пожалел. Я любил медицину, а она платила мне тем же...
    Спасибо, Яков, за добрые слова и Ваш отклик.

  • Всегда опасаюсь ввязываться в дискуссии, потому что потом потратишь много времени на свою реабилитацию. Оказывается автор - врач. Это многое объясняет. Из врачей родилось несметное колличество гениев, талантов, потому что врач должен думать всегда. Его мозг никогда не отдыхает. Даже ночью, под одеялом, прижавжись к теплому месту.
    Мне было лет 17, послевоенное трудное время, мы увлекались джазом, покупали заграничные пластинки на базаре. Как-то, шли мы с приятелем по улице с базара, с пластинками подмышкой, и вдруг услыхали музыку из открытого окна. Живую музыку. Нахально постучали в предполагаемую дверь. Что наплели не помню, но нас впустили. В комнате сидело примерно 10 музыкантов. Они репетировали. Нас попросили молча посидеть. У рояля (настоящего рояля!) сидел очкастый парень - руководитель этого оркестра. Они все были студентами медицинского института. Как они играли! Как импровизировал на рояли Толя Фридман! Кончилось дружбой, меня взяли к ним в оркестр ( я тогда пытался изучать гитару). После института оркестр собирался у Толи дома. Так, для своего удовольствия. Толю приглашали многие знаменитые оркестры - он был редким мастером джазовой импровизации. Кончилось тем, что Толя продал рояль. Чтоб не рвал душу на части. Медицина пересилила. Он уехал в США и работал детским врачом. Вот такая это профессия - медицина. Поэтому о Ван Гоге так изумительно мог написать только врач. Причем, хороший врач. Я не прав?

  • Какоё дотошный мужик, наш Валерий Кравченко! Стоит ему чем нибудь "заразиться" о он обязательно докопается до "выщерблённых досок", на которых стоят очередные ботинки Ван Гога. И нашёл всё же среди писем Ван Гога то, которое не попалось мне. Зато попалась и показана та, первая картина, - натюрморт со старыми деревянными кломпами, которую он нарисовал, когда брал уроки у Антона Мауве. (Гляньте, это та, на которой качан капусты...1881. Музей Ван Гога. Амстредам).
    К сожалению, продавать картины Ван Гогу так и не пришлось и при его жизни, как я писал, была продана всего одна картина с красными виноградниками. И он так и ушёл из жизни бедным и не признанным. Но история его картин всё расставила по своим местам, и пусть "Башмаки" не самые лучшие его полотна, но они признаны и стоят дороже, нежели выглядят. Значительно дороже!
    Спасибо, дорогой искатель редкостей и фактов!

  • Познавательное и очень увлекательное исследование Ван – Гоговской "ботинкоиады" представил Доктор Семен. И как следует из этого исследования первой картиной с башмаками у Ван-Гога был натюрморт с капустой, картофелем и клогами, о котором великий художник упомянул в своем письме к брату Тео:

    Гаага, декабрь 1881 г.
    “Я здесь с прошлого воскресенья. Как ты знаешь, Мауве [Антон Мауве (18 сентября 1838, Зандам — 5 февраля 1888, Арнем) — голландский художник-пейзажист, муж двоюродной сестры Ван Гога (т.е., – зять Ван Гога), у которого Ван Гог в 1881 брал первые уроки живописи и обучился основам работы с маслом. – Прим.] собирался приехать в Эттен и пробыть там несколько дней; но я, боясь, что ему что-нибудь помешает или что визит его будет слишком кратким, подумал: а не попробовать ли мне другой, возможно, более радикальный путь. Я обратился к Мауве и спросил: «Не будет ли разумнее, если я приеду в Гаагу на месяц или около того и время от времени стану беспокоить вас, обращаясь за советом и помощью? После того как я преодолею первые «petites miseres» живописи, я отправлюсь обратно в Хейке».
    Мауве тут же засадил меня за натюрморт — пара старых деревянных башмаков и еще несколько предметов, и вот так я приступил к работе. По вечерам я хожу к нему рисовать.
    Живу я неподалеку от Мауве, в маленькой гостинице, где плачу тридцать гульденов в месяц за комнату и завтрак. Словом, получая от тебя сто франков, я проживу.
    Мауве подает мне надежду, что довольно скоро я смогу работать на продажу. Он даже сказал: «Я всегда считал вас пустоцветом, но теперь вижу, что ошибался». Уверяю тебя, эта простая фраза Мауве доставила мне больше радости, чем целая куча лицемерных комплиментов”.

    ***

    Что до названия картины с парой башмаков, на которой левый ботинок повёрнут кверху рваной подошвой, то в полном списке работ Ван-Гога она значится так: «A Pair of Shoes // Vincent van Gogh (1886-1887) // Private collection // Painting - oil on canvas».
    Безымянная же пара старых ботинок, стоящих на выщербленных досках, в списке работ Ван-Гога не значится. Да и по всем признакам ботинки эти явно из 20 века.
    С ув., Валерий, которого Доктор Семен неизлечимо заразил ботинками Ван-Гога.

  • Вы, уважаеимая Ариша, очевидно, не совсем внимательно прочитали вступление и мой первый коммент, где обосновано возвращение к теме башмаков в связи с юбилеем Ван Гога. и что это не повтор, а дополненное и обновлённое написание текста. Конечно, там есть и прежние части и абзацы, но не мало и нового.Хотя бы удвоенное число башмаков...
    То, что мы отдаём предпочтение русским художниками, Вы не одиноки. Я тоже предпочитаю их, ибо воспитан на самой лучшей для нас художественной школе мировой живописи.
    Но голландская школа не уступает российской.
    Лучше не сравнивать, а всматриваться, внимать и отвечать чувствами своим впечатлениям в каждый данный момент.
    Спасибо за отклик, СТ

  • Дорогой Семён Львович, ну, как пройти мимо и не заглянуть к вам в гости на огонёк, который так призывно мигает в ночи? Я знакома с этой публикацией, если не ошибаюсь, она была предоставлена раннее. Очень запомнились картины Ван Гога на тему - "БАШМАКИ". Я, не являюсь поклонницей художника, меня больше привлекают работы русских мастеров. Однако ваш труд описания, трактовок, Семён, восхищает и не оставляет читателя оставаться в стороне равнодушным созерцателем... Сердечное СПА-СИ-БО, за ваш труд! Здоровья вам, и долголетия!
    С безграничным уважением - Ариша.

  • Дорогая Люда! У Вас получился потрясающе интересный и поэтический коммент. Это же надо знать и привести такое стихотворение, которое навеяно картиной Ван Гога "Едоки картофеля". От неё же я оттолкнулся в своём рассказе о башмаках.
    Спасибо большое! Ибо если художественное произведение любого характера - стихи, картина, скульптурная композиция, роман, песня- могут вызвать аналогию или асоциацию во времени, в связи с другими событиями, значит они того стоят. Действительно , настроение и обстановка вокруг стола едоков и особенно их лица могли вспомниться людям в богой коммуналке в период страха в стране, когда проходило дело врачей и готовился геноцид евреев по-советски...
    С благодарностью за отзыв, Семён.

  • Дорогой Семен, прекрасная работа! Очень мне импонирует нахождение Вами связи между картинами, осмысление идеи художника. А восприятие работ ван Гога обогащается и в наше время. Примером этого приведу стихотворение Марка Шехтмана "Едоки картофеля":
    Встретил эту жуть Ван-Гога, где молчанье так убого,
    Где его печально-много, я на зрелом рубеже.
    Я вгляделся в эти лица, в комнату, где страх таится, –
    И как в мозг вонзилась спица: видел, видел их уже!

    Да, конечно же… Квартира где-то около Памира,
    На краю большого мира: стены, стулья и комод.
    Стол овальный, в центре плошка, в плошке дымная картошка,
    Хлеба-соли есть немножко... Пятьдесят голодный год.

    Тыща девятьсот заплечный, героический, увечный
    И почти бесчеловечный – но ведь как-то вот живём!
    Коммуналка – плачь и смейся! На приватность не надейся.
    В каждой комнате – семейство. Называется – наш дом.

    Это ничего, что тесно. Это даже интересно!
    Хуже то, что ждут ареста папа с мамой по ночам.
    Дом – больничный, и из дому ночью взяли дядю Сёму,
    Тётю Сару, тётю Тому… Плохо жить теперь врачам!

    А ещё на той неделе все у нас они сидели.
    Мы картошку с хлебом ели, хоть не досыта, но всё ж…
    За окном уже темнело. Громко радио хрипело
    Про убийц в халате белом – и сгущались тьма и ложь.

    И во тьме зеленоватой дом сжимался виновато.
    Окон тусклые квадраты тихо тлели до утра.
    Молча жили, молча ждали. Хлебовозки разъезжали,
    Забирали, забирали, забирали, забира...

    Потому-то и поныне на ван-гоговской картине,
    Как в аду или в пустыне, я врастаю в эту жуть:
    Жизнь – разменная монета, а вопросы без ответа,
    И всё так же до рассвета папе с мамой не уснуть.

    Не правда ли, интересный ракурс? Ваша работа заставила вспомнить это стихотворение. Спасибо!!!

  • Вы правы в речи про Ван Гога -
    Достиг он божьего порога.
    Терниста вся его дорога,
    И башмаки его от Бога!
    ***
    С благодарностью за Вашу оценку рассказа за добрые пожелания.
    С.Талейсник

  • Ах, эти башмаки Ван Гога!
    Скажите, разве не от Бога?... :))
    ***
    С благодарностью за очередной интересный
    рассказ о творчестве Ван Гога
    и наилучшими пожеланиями,
    А.Андреевский

  • Спасибо, дорогой Мотя, за поддержку. Твоё слово для меня дорогого стоит.
    Семён.

  • Дорогая Валерия! Это было в нашем "интимном" разговоре по телефону. Возможно, Вы пошутили тогда, либо я позабыл, но что то такое было. И никаких упрёков по Вашему адресу я сейчас не высказал и никаких обид нет. Повторяю, это я так, возможно, неудачно, пошутил. Но что-то было сказано. Чего бы это я стал придумывать. Не бенрите в голову. Спасибо за перенесенный сюда Ваш коммент.
    Извините "за упрёк - недоразумение или плод полёта фантастических размышлизмов"... (Склероз тоже может быть виной, но с г-ном Альгеймером пока не встречался).
    Прочь сомнения!
    С благодарностью, Семён.

  • Уважаемый Семён,
    Ваша фраза:
    "Я хорошо помню, как Вы с незабвенным Хансом, писали мне после появления первой статьи о ботинках Ван Гога, когда я их виртуально связал с «Едоками картофеля», не выдумка ли это и моя ли она. Тогда я немного обиделся, но решил, что не готов оспаривать ваше СОМНЕНИЕ".

    Семён- что это за упрёк- недоразумение или плод полёта фантастических размышлизмов?

    Напротив, я тогда оценила и поддержала Ваш новый подход и тогда писала под Вашим первым Эссе от 29.08.2008 г. "«БОТИНКИ» ОТ ВАН ГОГА" в комменте от 2008-08-31 01:58:47, который так и озаглавлен-
    "Оригинальная попытка Семёна о связи "Едоков" с ботинками":

    "Считаю, что особо ценным в представленной работе Семёна является его оригинальная попытка найти связь знаменитых "Едоков" с последовавшими затем этюдами или зарисовками ботинок. Возможно, их даже можно назвать "Портрет ботинка", настолько они одушевленно представлены ван Гогом.
    Интересен вопрос, поставленный Семёном, не они ли, эти едоки, были хозяевами этой обуви? "

    В чем же Вы усмотрели моё "СОМНЕНИЕ"???

    Валерия

  • Сёмочка, выше всяких похвал! Иные искусствоведы обязаны позавидовать. Поздравляю! Мотя.

  • Спасибо, Борис, на добром слове. Всегда рад Вашему вниманию.

  • Уважаемая Валерия!
    Я хорошо помню, как Вы с незабвенным Хансом, писали мне после появления первой статьи о ботинках Ван Гога, когда я их виртуально связал с «Едоками картофеля», не выдумка ли это и моя ли она. Тогда я немного обиделся, но решил, что не готов оспаривать ваше сомнение... Это было редкое для меня мистическое наваждение. И смею Вас заверить, что, готовя вторую часть, я весьма тщательно искал в литературе, довольно скудной касательно этюдов с обувью, и в значительно бОльшем эпистолярном наследии с Гогеном и Тео, но ни слова по аналогии не нашёл. Ваша версия об усечении картины и нижней части её с ногами едоков, тоже интересна, но уже не мистическая, как мне пришло в голову, а почти фантастическая. Хотя эта низкая и тёмная пристройка к дому наталкивает на такую мысль. А может нам соединить оба предположения для третьей части в соавторстве с Вами, соседки Ван Гога?
    Либо, уж, оставьте за мной этот приоритет...
    Ваши дополнения касательно выбора медицины в качестве основной профессии после ухода от первичной специализации Генри Робертса, Альберта Швейцера, можно дополнить ещё инженером, а позже физиологом Иваном Сеченовы. Думаю, что их значительно больше и в ту и в другую сторону. Хотя и Булгаков, и Вересаев и Чехов, выбравшие литературную стезю, всё же оставались врачами...
    Конечно, наиболее нова и интересна история Робертса и Гейтса, и они остались в ней на высоте моральной и человеческой.
    Спасибо Вам за столь щедрые комментарии и дополнения.
    СТ.

  • Дорогая Лина! Мне доставило большое удовольствие показать Вам то, что Вы не знали. Это просто подарок Вам и мне от Вас. Тем более, что Ваша оценка, натуры художественной и эмоциональной, для меня весьма приятна и весома.
    Ван Гог для меня весьма почитаемый мастер, я его обозначил за его переход от импрессионизма, который для меня не так притягателен, к реализму, привычному мне, воспитанному на картинах великих русских художников.
    Спасибо за внимание и добрые пожелания,
    д-р Семён.

  • Дорогой Марк! Беру на себя вину за то, что недостаточно точно, очевидно, обозначил содержание текста по названию. Конечно это не обувь Ван Гога, кроме первых, самых знаменитых его башмаков или ботинок, которые он купил, на блошином рынке, надевал, носил и нарисовал. Это описано в тексте. Вся остальная обувь, судя по имеющимся у меня сведениям - просто его картины, в которые он вложил своё личное отношение к обуви, её значение для работящего человека с небольшим достатком, бедняков, крестьян и рабочих. Кроме начищенных до блеска кожаных сабо на одном рисунке.
    Выписывал художник, действительно, многие детали, что Вы правильно заметили в кожаной обуви. А все деревянные сабо нарисованы им так, как их выделывали, без особой тщательности, для хозяйских нужд.
    Он вообще был без коммерческой жилки, беден, как церковная мышь. Его поддерживали брат Тео и друг художник Гоген. В 1890 году продана единственная при жизни художника картина «Красные виноградники в Арле». А «Башмаки» , как я написал, в 2006 г. были продана более, чем за 8 млн долларов. Так что сейчас он бы ходил в самых шикарных ботинках
    Спасибо за отзыв.

  • Уважаемый Семён,
    после чтения Вашей обновленной и переосмысленной работы, появилось предложение -может быть стоит Эпиграфом поставить слова из приведенной Вами цитаты Мартина Хайдеггера:
    "Тревожная забота о будущем хлебе насущном сквозит в этих башмаках", т.к. она выражает главное. А также чувствуется любовь Винсента ван Гога к трудовым людям и его неприязнь к самовлюбленным снобам, богачам и власть имущим.
    Как я ранее писала в комментах, городок Нюнен, где жил со своей семьёй Винсент, расположен рядом с Хелдропом и можно от нас пройти туда к нему по проселочной дороге, как и ходил сам художник со своим этюдником, когда писал работающих на полях картофеля крестьян, а в Хелдропе- работающих ткачей.
    Когда побываешь в Нюнене, увидишь дом, где жил ван Гог, и рядом дом его любимой, на которой он так и не смог (не дали им!) жениться, то понимаешь, что ходишь по той же брусчатке, где ходил Винсент, и что он слышал звон тех же колоколов, и сидел под теми же платанами, вот тогда начинаешь сознавать причастность к ван- гоговским местам.
    И если заглянуть за дом, где жила семья ван Гога, то можно увидать небольшой приземистый кирпичный сарай с маленьким окном. Пригнувшись, войдя внутрь, с удивлением понимаешь, что темноват он для работы художника, и можно лишь дивиться, как он смог там написать своих "Едоков", не потому ли так мрачен её фон?
    И, как версия- подумала, может быть ван Гог задумал сначала работу с фигурами до земли и сделал карандашный набросок с ботинками или кломпенами? А потом, когда вносил в сарай и размеры не проходили в дверь - может быть пришлось работу обрезать внизу?
    Уважаемый Семён, Ваша оригинальная попытка найти связь знаменитых "Едоков" с этюдами и зарисовками ботинок до сих пор не получила подтверждения. Может, стоит поискать след в "Письмах ван Гога"? На Рамблере вышло несколько источников, но у меня почему-то не открылось, может Вам повезёт?
    И ещё раз хочу напомнить (в одной из дискуссий я упоминала), что известность пришла к ван Гогу не через его живопись (брат Тео так и не смог сделать его популярным, или, как теперь говорят, «раскрутить» работы Винсента в своей галерее!). Известность пришла к нему после того, как жена брата Тео опубликовала посмертно письма Винсента к Тео. Их невозможно читать без сострадания! Вот после этой публикации сразу возник большой интерес к ван Гогу, и работы его быстро раскупили.
    Насколько цены подскочили сейчас и о рыночной стоимости работ ван Гога в наши дни все наслышаны.
    Спасибо, уважаемый Семён, за удачную статью!
    С наилучшими пожеланиями,
    Валерия

  • Очень достойное продолжение начатой темой. Прочел с интересом и удовольствием.
    С пожеланием хороших грядущих праздников,
    Борис

  • Уважаемый Адольф! Мне весьма лестно, что Вам понравилась вектор направления моих рассуждений от картины "Едоки картофеля" к их виртуальным башмакам, якобы, затем представленных на отдельных полотнах. От этого возникшего мысленно неожиданного эпизода и развернулось затем всё исследование картин Ван Гога, посвящённых башмакам. Только это не выбранные картины, а при тщательном поиске, найденные. Больше, чем эти десять я, перерыв все каталоги и описания картин художника, больше никакой обуви на картинах не обнаружил. Кроме, надетой на ноги персонажей. Хочется думать, что я нашёл все. Что и позволило мне повторить эссе с дополнениями.
    Очень меня порадовали обнаруженные случайно стихи, оживившие текст.
    Спасибо Вам за понимание и оценку проделанной работы.

  • Дорогой Семен!
    Прочитала с интересом. И меня, как и Адольфа Берлина, удивила и заинтересовала связь первой представленной Вами картины с другими его работами. Узнала много нового, и открыла для себя картины Ван Гога, с которыми не была ранее знакома. За что - Спасибо!
    С уважением и пожеланием всего доброго.
    ЛИНА

  • Да, дорогой Семен, действительно, хорошая искусствоведческая работа.
    Правильно ли я понял название: Ван Гог нарисовал все 10 пар башмаков, которые он износил в течение своей жизни? Увековечил каждую пару.Вот отношение было к обуви! Ведь всё же делалось вручную: очистка, вымачивание и выделка кожи, раскрой и т.д. А кто-нибудь обратил внимание, сколько там гвоздиков - деревяных, значит под каждый нужно проколоть дырку, и тоже вручную. Титанический труд, одним словом. Соответственно ему и стоимость была, наверное, огромная. За одну картину, вряд ли, он мог себе пару башмаков справить. А сейчас за картину Ван Гог получил бы вагон башмаков, к которым отношение было бы плёвым, и не стал бы он их рисовать. А впрочем, как знать, может быть, для рекламы...

  • Неожиданное (для меня) эссе-исследование Семёна позволяет по-новому взглянуть на творчество гениального Ван Гога. Особенно интересен вектор, проложенный автором эссе от картины «Едоки картофеля» к тщательно выбранным картинам художника, сложившимся в своеобразный цикл «Башмаки». А стихи, иллюстрирующие публикацию, на мой взгляд, сделали её ещё привлекательнее.

  • Уважаемый Семён, благодарю за статью, о которой подробнее отзовусь позднее, т.к. сейчас спешу разместить здесь небольшую заметку в поддержку Вашей позиции о выбранном пути ВРАЧА (это ещё один пример о выборе стези, как ответ г.Вл.Борисову):

    Создатель идеологии персонального компьютера и его первого промышленного образца Генри Эдвард Робертс (H. E. Roberts) родился в 1942 г. и с юности мечтал быть врачом. Но жизнь складывалась иначе:
    став инженером, владельцем производства персональных компьютеров, он привлёк к себе студента Билла Гейтса и в компании с ним организовал знаменитый Microsoft.
    Все знают, чем это кончилось, но далеко не всем известно, что в 1986 г. Г.Робертс продал свою долю в компании, поступил в захолустную медицинскую школу, закончил её, а потом резидентуру по внутренним болезням.
    С тех пор он успешно работал сельским врачом в небольшом посёлке Кохран (около 4500 жителей) в штате Джорджия. Компьютер он использовал только для внесения регистрационных данных о своих больных и динамики этих данных.
    Его психологический контакт с больными идеален, его медицинский авторитет очень высок.

    Эту поразительную информацию я нашел в книге А.П.Зильбера ЭТЮДЫ МЕДИЦИНСКОГО ПРАВА И ЭТИКИ (Москва 2008).

    Оказывается, этот Робертс еще с юности хотел быть врачом, но кто-то в колледже, увидев, какой он мастер на все руки, уговорил его сначал стать электроинженером. Он стал им и вскоре придумал электронный калькулятор, который оказался очень популярным. Робертс открыл собственную маленькую фирму и быстро заработал свой первый миллион. Но затем крупные электронные фирмы задавили его – и он погряз в долгах.
    Тогда он придумал первый персональный компьютер (еще без экрана). Дело вновь пошло, стало не хватать рук, и тогда он нанял Билла Гейтса и еще несколько "головастых" ребят, чтобы развернуть производство.
    Но тут он вспомнил, что ему уже 41 год - ведь его уже не примут в мединститут!
    Он срочно продал свою долю за 2 миллиона долларов и поступил в только что открывшийся, на его счастье, захудалый провинциальный мединститут и окончил его в 47 лет!
    Затем он устроился на работу участковым (семейным) врачом в малюсеньком городишке, скорее селе, на 4000 жителей и счастливо проработал там до своей смерти в 2010! Он умирал от пневмонии в местном госпитале, и все переполошились, когда туда вдруг приехал самый богатый человек в мире - знаменитый Билл Гейтс проститься со своим учителем и первым работодателем...
    Такая вот жизнь и судьба!!!
    (Из интернета)

    А до этого - ещё один пример, многим известный:
    Альберт Швейцер (нем. Albert Schweitzer; 14 января 1875, Кайзерсберг, Верхний Эльзас — 4 сентября 1965, Ламбарене) —
    теолог, философ, гуманист и музыкант, который в 30 лет решил заняться изучением медицины, поступив на медицинский факультет Страсбургского университета, а затем поехал в Африку, как врач, лечить простых людей, и за свою гуманистическую и просветительскую деятельность стал лауреатом Нобелевской премии МИРА (1952).

    Как показывают примеры, ВРАЧ- это призвание и судьба и от этого не уйти.

    С наилучшими пожеланиями,
    Валерия

  • Спасибо, дорогой коллега, за Ваше внимание и отклик.
    С уважением, СТ.

  • Дорогой Семён! Очень познавательно. И язык, как всегда, хорош. Словом, читал с интересом и удовольствием. Отдельное спасибо за подборку фотографий! С уважением к Вашей профессии и хобби, Ю.К.

  • Нет, уважаемый Владимир, я не зря бросил корабелку в Ленинграде, чтобы стать студентом мединститута в Виннице, а потом полвека стоять у операционного стола и пытаться помочь, спасти, облегчить страдания людей. Это была моя стезя в жизни и я никогда бы с неё не сошёл даже ради музеев. А во времена каникул или командировок, я, буквально, не вылазил из Третьяковки, Пушкинского музея, Русского музея и Эраитажа...А попав, наконец, заграницу, то пытался наверстать упущенное во всех или большинстве галерей и музеев Италии, Парижа, Лондона,Нью Йорка и, конечно, Амстердама, откуда моя привязанность к Ван Гогу. И вообще к художникам за их отображение жизни, как она выглядит.
    Так что в музеях я проводил много времени, а сейчас все музеи мира передо мной на экране...
    Спасибо за отклик.

  • Я рад, уважаемый Вячеслав, что угодил Вашему вкусу, получив столь лестный отзыв. Тем более, что Вы редко балуете нас такими добрыми словами, что как будто и не Вы. Прочитал несколько раз - "Вячеслав Демидов, не веря глазам своим. Потом упокоился и, естественно, благодарю.
    Позвольте только не согласиться с Вами в отношении "воспоминаний о былом". Ведь были же "Былое и думы" А,И. Герцена...и ещё много у классиков, к которым Вы нас нередко отсылаете. Смотря как написать эти воспоминания. Если просто регистрация либо перечень событий, то я с Вами согласен. А коли удаётся ещё и мысли, и думы, и факты, и события привлечь, да ещё о языке позаботиться, то тоже бывает интересно почитать.
    А мнение любителей Ван Гога мне тоже было бы интересно здесь увидеть.
    Ещё раз, спасибо.
    Семён Талейсник.

  • ...Когда я читаю подобные работы Семена Тайлесника,в душу прокрадывается небольшое сомнение: а тем ли всю свою жизнь занимался наш уважаемый Семен? Быть может ему вместо того, что бы стоять у хирургического стола со скальпелм в руках, нужно было провести всю свою жизнь в запасниках музеев?Спасибо.С ув.Вл.Борисов.

  • Очень содержательная и показывающая с несколько неожиданной стороны творчество великого художника!
    Прекрасные фотографии, все до единой к месту. В общем, серьезная искусствоведческая работа на редкую тему, - подобных работ на Острове появляется недопустимо мало. Очерк Семена Талейсника существенно глубже и привлекательнее, нежели всевозможные "воспоминания о былом" или просто придуманные "якобы рассказы".

    Поздравляю, Семен, с полезным и весомым вкладом в "вангоговедение"!

    Интересно, как отзовутся на этот труд "настоящие" специалисты по Ван Гогу?

    Еще раз - спасибо!
    Вячеслав Демидов

  • Моё предыдущее эссе «Ботинки от Ван Гога» было опубликовано на нашем сайте 29.08.08. За прошедшие пять лет мне удалось найти ещё несколько картин художника с изображением обуви, включая башмаки на ногах его персонажей, получив дополнительные представления о мотивах и манере изображения их на картинах. Мне удалось также обнаружить заметки об обуви самого художника в литературе, его письмах, и даже стихотворения, посвящённые ботинкам Ван Гога, интерес к которым проявил, например, Арсений Тарковский.
    Kроме того, картина «БАШМАКИ» являлась объектом презентации одной единственной картины в Москве, о чём я расскажу в тексте. Всё это позволило мне доработать и дополнить историю картин Ван Гога, которую я приурочиваю к 160-летию со дня его рождения, наступающего 30 марта.
    Спасибо за винмание.

Последние поступления

Новостные рассылки

Кто сейчас на сайте?

Буторин   Николай  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 1
  • Пользователей не на сайте: 2,259
  • Гостей: 241