Зенгер Петер

Февраль сковывал ночью землю морозом, пытаясь удержать узды зимы, стремившейся на север. Бездельник март, как всегда, задерживался на югах, изредка передавая приятелю южными ветрами весточку: скоро буду! Едва уловимый аромат грядущих перемен уже предвещал скорое завершение серых времен.

Двое стояли на остановке, освещенные желтым светом фонаря.
Еще не веря, что ее руки покоятся меж его ладоней, Саша согревал их своим дыханием, случайно прикасаясь губами к кончикам тонких пальчиков. В зелени ее глаз искрился и растворялся желтый свет. А губы в тихой улыбке были на расстоянии поцелуя.
– Я сегодня только под утро заснула.
– Я тоже.
Рита взяла его руки в свои ладони и передала им свое тепло.

– Завтра мы у директора института с докладом о проделанной работе. Сегодня вечером будем с ребятами готовиться. А рано утром один из моих товарищей заедет за мной. Когда же я вас вновь увижу?
Слово «вы» хранило в себе привлекательное таинство еще не открытого.
– Настоящим я вас официально приглашаю на котлетки с картофельным пюре и соусом а ля Маргарит. Завтра, в семь. Буду очень рада, если вы примете мое приглашение!

Из темного окна второго этажа на них смотрели счастливые глаза.
Крепко прижав к груди прочно сцепленные руки, Мария шепотом читала неписанную молитву.

 
~ • ~

Накормив сына и его друзей борщом, Мария собиралась навестить правление товарищества собственников жилья. Товарищество было создано 14 лет назад с активным участием Степана. Он был одним из первых, кто приватизировал квартиру, и горел желанием, совместно с другими жителями всех пяти домов их двора сделать из него «конфетку». В памяти ярко запечатлелось, с каким азартом он говорил по этому поводу с людьми. Многих он знал по заводу.

Мария особенно гордилась своим мужем в тот вечер, когда в спортзале расположенной по соседству школы собрались почти все жильцы и услышали его доклад, до мелочей продуманный и со всеми деталями организации и финансовой стороны намеченного проекта. Горящее в нем пламя перекинулось на собравшихся, и его вместе с четырьмя другими жильцами тут же избрали в правление, а правление незамедлительно назначило своего председателя – Степана. Зачитанный до этого устав прошел без возражений.

Члены правления были идеалистами советского покроя. Четко представляя, какая нагрузка на них поначалу свалится, они все же в пользу общего дела отказались от каких-либо окладов или поощрений и принялись за работу.

На следующем собрании было еще больше народа. Обсуждался бюджет. Одним из центральных пунктов было урегулирование по платежам на содержание и ремонт общего имущества. Предложенное правлением, в советском духе, определение размера платежа по финансовому положению на основе соответствующего заявления – надо было учесть ситуацию одиноких, инвалидов, матерей-одиночек и пенсионеров – вызвало бурную дискуссию, но было принято так же, как, в конечном итоге, и сам бюджет.

Мария очень хорошо помнила вечера, заполненные расчетами, чтением каких-то бумажек, записками, документами. Она, где могла, помогала ему. Перебирала, сортировала и укладывала в папки документы и рукописи. Пересчитывала, если он в чем-то сомневался. Высказывала свое мнение, если он ее спрашивал. Сидя рядышком за столом, они допоздна обсуждали насущные вопросы, а иногда и громко спорили.

Работа правления давала наглядные результаты. В первую очередь навели порядок на лестничных площадках. За 40 с лишним лет они облупились, потеряли частично деревянные перила и местами нехорошо пахли – кошки и собачки часто не дотягивали до двора, а не совсем трезвые жители – до квартир. Постоянно исчезающие или разбивающиеся лампочки закрыли мелкой стальной сеткой. По ходу отремонтировали и покрасили входные двери подъездов, которые стали закрываться.

В это время завхозом назначили Палыча, бывшего инженера завода, находившегося постоянно в тонусе легкого опьянения, но имеющего золотые руки. За небольшое вознаграждение или пол-литра он ремонтировал все – от велосипеда, стиральной машины, телевизора до автомобиля. Он уже давно приглядывал за стоящей посреди двора котельной, где и разместил свой, как он выражался, генштаб. Ко всему прочему, Палыч называл себя подпольным философом-анархистом, опасным для мирового капитала, и выдавал свету информацию для размышления, как, например: если все, что в мире производится, производится в конечном итоге для меня, то почему же я в жопе? Или: самореализация личности – это когда личности на всех остальных наплевать. Или: если всемогущий Бог создал человека по своему подобию, то Боже упаси!

Под всевидящим, хоть и замутненным оком Палыча двор стал преображаться. Сначала удалили годами валявшийся мусор. Затем подрезали деревья. Потом он огородил зеленые площадки гнутыми в дугу стальными прутьями и засеял их травой. Табличек «По газонам не ходить!» не ставил – пусть детки бегают. Вместе с двумя жильцами он долго в генштабе что-то варил, точил, пилил – в общем творил. В один прекрасный день со двора исчезли уже полуразвалившиеся, с советских времен стоявшие скамейки, а их место заняли новые – с черными металлическими каркасами и сиденьями и спинками из покрашенных в темно-зеленый цвет деревянных брусьев.

Правление выдало Палычу и его помощникам денежные премии и разместило их фотографии на Доске Почета, специально к этому случаю изготовленной и укрепленной под стеклом на стене котельной. Тогда многие во дворе говорили, что Палыч преобразился и даже помолодел. Его все реже видели выпившим.

Особенно запомнился Марии проект правления, который стоил Степану неимоверных сил и нервов. Стоявшие в котельной котлы отопления и горячего водоснабжения постоянно ломались и, к тому же, пожирали огромное количество газа. Палычу удавалось их ремонтировать, но он при любой возможности жаловался, что котлы давно устарели. Решение по приобретению новых котлов правление без слова общего собрания принимать не хотело. Но прежде чем выносить тему на рассмотрение собрания, необходимо было проверить техническую и финансовую сторону такого шага. Совместно с призванными специалистами проверялось все – водо- и энергоснабжение котельной, вся трубопроводная система вплоть до стояков и разводок в квартирах. Через год новые котлы стояли в котельной и надежно снабжали жителей теплом и горячей водой.

Но уже перед завершением работ Степан начал жаловаться на боли в груди. Потом все пошло очень быстро. Установили рак. Через неделю после торжественного открытия новой котельной его не стало.
У Марии не было даже времени попрощаться с ним, и она по сей день не сделала этого.

С уходом Степана в товариществе многое изменилось. Все меньше людей стало посещать собрания. Новое правление в течение нескольких лет худо-бедно исполняло свои обязанности. Половина скамеек из двора исчезла по садам и огородам. За деревьями и газонами больше никто не следил. Двери подъездов не всегда или вообще не закрывались.

Палыч держал котельную в порядке, но сам редко появлялся. А если его и видели, то в том, ранее знакомом всем состоянии. Встречая изредка Марию, он, ни слова не говоря, низко кланялся ей и продолжал идти своей дорогой. Она знала, кому он на самом деле кланяется, и незаживающая рана жестоко сжимала сердце.

Год назад на общем собрании, едва-едва набрав необходимый кворум, было принято решение передать управление жилым комплексом местной Управляющей компании, которая уже управляла городом. Добровольно передать власть над собственным жильем в руки людей, основной целью которых было преумножение прибыли, - это не укладывалось в голове. Мария попросила о встрече председателя правления Игоря Борисовича, некогда совместно со Степаном и другими превращавшего их двор в «конфетку».

Чтобы попасть в правление, нужно было только пройти мимо котельной в дом напротив. Там товарищество выделило на первом этаже двухкомнатную квартиру под это дело. Зинаида Петровна, новый член правления, приветливо встретила Марию и попросила ее сразу пройти к шефу.

Игорь Борисович всегда отличался большой любовью к самому себе. Ему нравилось, когда его внимательно слушают, что бы он ни говорил. При этом, говоря, к примеру, о водяном кране, торчавшем из стены дома и предназначенном для полива газона, он сначала, прежде чем высказаться о том, как расход воды распределить по стоимости между жильцами, объяснял всем, насколько вопрос важен для мирного сосуществования. Делал он это тихим голосом и неспеша, интонационно подчеркивая волнующую его актуальность вопроса. Если его кто, не дай бог, прерывал или ставил посреди предложения вопрос, а это по ходу разговора нередко случалось по той простой причине, что кому-то из собравшихся хотелось наконец попасть домой, то губы его превращались в длинную плотную черточку, скрещенные на груди руки и надменно поднятая голова выражали его отношение к этим, по его мнению, недалеким слушателям. Во избежание таких обостренных ситуаций следовало успевать вставлять короткий вопрос или направляющее разговор в нужное русло замечание, когда он ставил точку в конце одного предложения и втягивал воздух для перехода к следующему.

Ценен для правления Игорь Борисович был тем, что все аккуратно записывал в тетрадочки, имевшие номер, и также аккуратно раскладывал их и прилагаемые копии документов по папочкам в соответствии с указанными на них темами и датами. Если кто-либо начинал утверждать что-либо, что могло не соответствовать ранее сказанному или принятому, то на столе тут же появлялась папочка с тетрадочкой, открытие которой грозило разоблачением. А чуть позже определением – губошлеп.

Увидев стоявшую в дверях гостью, Игорь Борисович поспешил ей навстречу.
– Дорогая Мария Яковлевна! Сколько лет, сколько зим!
«Вроде вчера во дворе виделись», – подумала Мария.
Просто играя лучами радости, Игорь Борисович жал ее руку двумя.
– Как поживаете? Как здоровье? Слышал, сердечко пошаливает. Ну, это самое, это не беда. Сегодняшняя медицина такое творит. У меня тут один знакомый, это самое, недавно на курорт съездил. – Грядело начало интересного рассказа.
Мария заняла предложенное место и настроилась на перехват момента для вступления.
– Так он говорит, это самое, что лучшего ничего не видел. – Председатель правления втягивал воздух.
– Игорь Борисович, я обязательно подумаю насчет курорта. Спасибо за совет! Я к вам по делу, как к давнишнему товарищу, – успела вставить Мария и тут же отметила, как благодатно наполненное ностальгией слово «товарищ» отразилось в чертах собеседника. – Хотелось бы услышать ваше мнение по ряду вопросов, не дающих мне покоя.
Властелин кабинета слегка насторожился, но слушал.
– С некоторых пор все чаще бросается в глаза, что многие вещи, которые раньше в нашем дворе радовали душу, меняются, и не в лучшую сторону. – Она не собиралась вилять и сразу перешла к тому, за чем пришла.
– Например? – на этот раз он был краток, но смотрел в стол и начал вдруг перебирать какие-то бумажки.
– Например, исчезнувшие скамейки, незакрывающиеся двери, мазня на лестничных площадках, неухоженные деревья, отбитый кем-то кусок стены котельной. Я уж не говорю о том, что у Самойловых и Карятиных все еще с потолков капает, а в четвертом электропроводку после пожара уже пятый день никак не восстановят. Деньги вроде платим. И с каждым годом все больше.
– Мария Яковлевна, вам, как человеку несведущему в повседневных делах товарищества, конечно же, тяжело определить реальные расходы на содержание общего хозяйства. Поверьте мне, все, что возможно, делается.
Тема однозначно не устраивала Игоря Борисовича. Он не желал обсуждать ее с рядовым членом товарищества. И расслабленное «это самое» исчезло из речи.
– Это не ответ на мой вопрос. То, о чем я говорю, очевидно. – Использованный им прием старого партийного аппаратчика в разговоре с безвинной комсомолкой раздражал.
Его руки скрестились на груди. Губы еще не вытянулись в черточку.
– Вы хотите сказать, что у нас тут не все чисто? – зависло посреди комнаты. – У меня в бухгалтерии на все есть четкий отчет. И отвечать я буду только перед общим собранием.
В жестком ответе председателя и в его взгляде мелькнула надменная самоуверенность, намекающая на завершение встречи.

Не расслышав намек, Мария спокойно произнесла:
– Я вообще-то пришла не за отчетом, хотя по уставу могла бы его потребовать, а для того, чтобы узнать, что нашему товариществу мешает работать так, как оно работало когда-то.
За ее словами последовал взрыв:
– Так, как работал Степан, я точно не буду и с вами обсуждать мою работу тоже не собираюсь! Я достаточно ясно выразился?
Ах вот откуда ветер дунул. Марии пришлось сдержаться, чтобы все так же спокойно ответить:
– Я внимательно изучила ваш отчет по прошлому году. И проверила всего одну позицию. Работы по ремонту кровли, а для их оценки я пригласила двух живущих у нас мастеров, превышают как минимум в два раза общепринятые расценки. Предполагаю, Игорь Борисович, что через два месяца на общем собрании кто-то может поставить вопрос о создании новой ревизионной комиссии с целью основательной проверки отчетности за последние два года.
Его хохот обескуражил ее.
– Дорогая Мария Яковлевна! Меня ваше простодушие просто умиляет.
Неожиданно окаменевшее лицо плотно придвинулось к ней.
– В память о вашем супруге я вам сейчас по секрету расскажу коротенькую историю.
Резко поднявшись из-за стола, он подошел к окну и тут же повернулся к ней. В его глазах стоял холод.
– Как вы думаете, что собой представляют наши пятиэтажки? – То, что следовало, нельзя было назвать улыбкой. Это был оскал, говоривший о том, что ответа он от нее не ожидал. – Это драгоценный клад для тех, кто сумеет его взять.
Он опять повернулся к окну.
– Все эти дома в скором времени подлежат капитальному ремонту. Поэтому они очень интересны для управляющей компании. Во времена, когда из центра ничего не проверяется, а местные власти в доле, на капитальном ремонте можно сорвать такие бабки, что вам и не снилось. А чтобы бабок хватило на всех осведомленных, дома должны стать немного попотрепанней. После капитального ремонта разрабатывается местная программа коммунального строительства. Под это дело пятиэтажки сносятся. Строятся по дешевке новые многоэтажки. Платежеспособным жильцам предоставляется новая жилплощадь, чуть более дорогая по платежам. Своего рода дойно-денежное производство. Бабушек и прочих неплатежеспособных переселяют на отшиб в другие пятиэтажки до тех пор, пока пятиэтажки не кончатся и бабульки не помрут.
Перехватило дух. Мария широко открытыми глазами смотрела на человека, о котором думала, что немного знает его.

– Не смотрите на меня так! Лучше гляньте на это стадо ягнят-молчунов. Они до того тупые, ленивые и трусливые, что даже на собраниях свою волю выразить не в состоянии. Напоминают мне тот кадр из фильма «Обыкновенное чудо». Помните, где король вспоминает своего деда-неженку: когда при нем душили его жену любимую, он стоял возле и уговаривал: «Потерпи! Может, обойдется!».
Мария не могла поверить услышанному.
– И вы мне это говорите в лицо? Вы ничего не боитесь?
Безразличный взгляд остановился на ней.
– А чего бояться? Все схвачено. Я вам ничего не говорил. И никакие ревизионные комиссии ничего не изменят. А вам, дорогая Мария Яковлевна, советую не делать глупостей. Вредно для здоровья и ни к чему хорошему не приведет.
Сквозь оцепенение прорывалась ярость:
– А что, бить будете?
В его глазах не было милосердия.
– Зачем же. У вас есть сын!

 
Вдруг воздуха не стало. Мария схватилась за грудь и, как рыба на безводье, пыталась ртом ухватить глоток спасения.
Лицо сына. Его голос.
Оттолкнув чью-то руку, она, скрученная, пыталась удержать одну мысль: только бы еще раз увидеть его!

 
Неимоверным усилием воли она двигалась к выходу. Расплывшиеся в красном мареве лица пытались ей что-то сказать. Но она их не слышала. Только ее родной голос, доносящийся издалека, неустанно повторял: «Ничего не надо! Сейчас все пройдет!»

Руки нащупали ручку двери и толкнули ее. Холодный воздух обдал лицо. Его судорожные дольки достигали горящее нутро.

Едва разглядев в сумерках скамейку, Мария повалилась на нее. Выпрямилась. И вдруг услышала рядом, совершенно отчетливо, откуда-то знакомый шорох. Боль неожиданно отпустила ее. Измученное тело пило наполнивший его воздух. Слезы растекались по морщинкам. Сквозь их сплошной занавес она видела свет в окне второго этажа, и слова благодарности растворились во мгле.

Мария медленно подняла голову и опустила ее на спинку скамьи. Жизнь решила остаться в ней.

На одной из веток над скамьей качалось что-то темное и пушистое.

 
~ • ~

Директор опаздывал. Наталья Николаевна впустила их в кабинет, пригласила за стол заседаний и обеспечила вкусным кофе и сладостями.

Сергей и Миша просматривали документацию, а Саша задумчиво смотрел на часы, висящие на потемневшей от времени, обитой деревянными панелями стене. Необычно бледное лицо матери после вечерней прогулки не выходило из головы. Горестное чувство чередовалось с радостью и нетерпением ожидаемой встречи с Ритой.

Дверь отворилась, и Ефим Григорьевич быстрым шагом вошел в кабинет. Зацепив пальто за стоящую на входе вешалку и продолжая держать в руках потертый портфель, он поспешил сразу к ним.
– Доброе утро, ребята! Извините, пожалуйста, старика! Задержался на заводе, – произнес он, пожимая руки. – Напитками все обеспечены? – Услышав единогласное подтверждение, директор бросил портфель на кресло рабочего стола, взял с него папку для записей и толстую чернильную ручку и присоединился к ним.
– Разрешите объявить заседание открытым! Каков план? - он с улыбкой посмотрел на каждого из присутствующих.

Саша поднялся и разложил перед ним три стопки бумаг.
– Мы, Ефим Григорьевич, решили сделать доклад следующим образом. Сергей осветит тему и обоснование процесса. Миша расскажет об экспериментальной установке и о сборе информации. А я, в завершении, доложу о результатах работ. Мы подготовили пакет копий, чтобы перед каждым из нас был полный набор того, о чем мы будем сегодня говорить.

Директор удовлетворенно кивнул.
– Спасибо! Но хочу сразу указать на то, что все, что вы считаете вашим авторским достоянием и секретными сведениями, сообщать мне совсем не обязательно. И эти бумаги вы в конце нашего заседания можете забрать с собой. Записывать я буду только мысли по возможному будущему развитию технологии. Мне очень важно, чтобы на нашу совместную работу не падала даже легкая тень недоверия. Я внимательно слушаю. – И обратился взглядом к Сергею.
Гости удивленно переглянулись.

Сергей выпрямился на стуле.
– Ефим Григорьевич, обижаете! Какие могут быть у нас по отношению к вам секреты или сомнения! Лучше послушайте и скажите, что вы об этом думаете.
Друзья так горячо поддержали его, что шеф института, рассмеявшись, попросил приступить к докладу.

Кашлянув, докладчик прочистил горло.
–Тогда я начну. Заглавие: «Исследования и поиск условий получения реакций холодного ядерного синтеза».
Он говорил о том, что, несмотря на отрицание официальной наукой возможности столкновения двух ядер при низких температурах вследствие непреодолимости кулоновского барьера, около 600 ученых, организованных в 140 группах, в различных странах усиленно исследуют феномен холодного ядерного синтеза, сопровождаемый выделением большого количества избыточного тепла и называемый сегодня низкоэнергетическими ядерными реакциями или по-английски Low Energy Nuclear Reactions, то бишь сокращенно – LENR.

Во время рассказа Сергея о пионерах холодного синтеза Филимоненко, Флейшманне и Понсе старый ученый поглядывал поверх очков на этих молодых людей, сосредоточенно следовавших докладу, переглядывавшихся в особенно важных местах и вновь углублявшихся в бумаги. Они были полны сил и энтузиазма.

– В отличие от многих других, предпочитающих палладий Флейшманна-Понса или никель Андреа Росси, Цветков пошел по пути гидрида титана и дейтерия. Короче, мы решили повторить его эксперимент. – Сергей посмотрел в сторону шефа. – Если что непонятно, спрашивайте. Хорошо?
Ефим Григорьевич кивнул и сразу спросил:
– Откуда гидрид взяли?
Вопрос немного смутил его сотрудников.

С молчаливого согласия товарищей Саша признался:
– После всех чтений и обсуждений мысль об эксперименте пришла, по правде сказать, когда Борис Иванович рассказал о работе группы по биозащите 20 с лишним лет назад и упомянул 15-ю. Ну, а когда мы там нашли практически все, что нам нужно, удержаться было невозможно. Мы даже подозреваем, что он нам эту историю неспроста преподнес.

Покачивая седой головой, Ефим Григорьевич громко рассмеялся. Вкралась очень приятная мысль: молодежь общается со стариками. Лучшего для института придумать невозможно. И, глядя на недоумевающую молодежь, сказал:
– Продолжайте, пожалуйста!

Разговор пошел о металле, способном поглощать большое количество газа, о встречных потоках атомов дейтерия и осуществлении их лобового столкновения в кристаллической решетке металла.
– Далее по Цветкову: если добавить в это взаимодействие более тяжелые атомы кислорода с такой же скоростью, то число необходимых пар уменьшится до 500. А это значит, что можно будет зарегистрировать 105 реакций и, соответственно, нейтронов, что мы и получаем в рамках наших экспериментов. Наши расчеты, подтверждающие Цветкова, в документации. Сергей тяжело выдохнул и откинулся на спинку стула.

Ефим Григорьевич просматривал расчеты.
– Ну что ж, Михаил, ваша очередь!

Огромные ручищи взволнованно перекладывали бумаги.
– С установкой вы и Борис Иванович нам здорово помогли. Огромное спасибо от нас всех! – Он наконец разложил все рисунки по своим местам. – Начинали мы работать с трубками и порошками, но чертежик настоящего реактора мы уже давно набросали по рисунку из заявки Цветкова на европейский патент. А после вашего внутреннего распоряжения Борис Иванович нам сразу Жору из мастерской приставил. Так он эту штуку в одну смену смастерил. Золотые руки у парня. Борис Иванович нам и компьютер помощнее и еще разной техники предложил, но мы пока используем все то, что нашли в 15-й. На рисунке 2.1. изображена наша старая установка, но уже с новым реактором. Мы на нем успели уже пять экспериментов провести. Об этом Саша расскажет.

В докладе об установке Михаил отобразил общую схему установки и описал со всеми техническими подробностями клапана, вентили, датчики, детекторы, счетчики, нагреватели и блок питания. Рассказал о системе сбора информации на старом 286-м компе в стандарте КАМАК и вскользь упомянул о том, что написал маленькую программку по вводу регистрируемых данных в память и их визуализации.
– С целью однозначного подтверждения регистрации нейтронов в процессе работы установки, наряду с газоразрядными нейтронными детекторами устанавливали трековые детекторы из слюды мускавит с нанесенным слоем урана 235. При анализе этих детекторов после травления слюды под электронным микроскопом наблюдались треки продуктов распада урана 235 под воздействием нейтронов.

По глазам директора было заметно, что некоторые моменты доклада вызывали вопросы, но он не прерывал докладчика, пока тот не закончил.
– Так, мы все понимаем, что наличие нейтронов и, соответственно, гамма-излучения - это неопровержимое доказательство ядерной реакции. Теперь скажите, как мерили гамму и как вам на ум пришло использовать уран в качестве детектора!

– Ефим Григорьевич, не беспокойтесь по поводу урана. Это из стандартного набора детекторов нейтронов. Там урана на слюде размазано одноатомным слоем. Меньше даже чем во флуоресцентных стрелках командирских часов. Все сделано на высшем уровне безопасности. Слава богу, у нас в институте все, что для этого необходимо, есть. – Михаил выложил на стол соответствующую документацию. – Видите, свинцовая рубашка, открытая к водяному замедлителю. Выносили и ставили только на время эксперимента и всегда в спецодежде. За фоном следили всегда и за защиту не лезли. Поверьте!

– А нейтрончики летают, как птички перед перелетом на юг, – вставил с сияющей улыбкой Сергей.

Их ментор немного успокоился и, ухмыльнувшись, довольно кивнул.
– Интересно! Что скажешь, Саша?
– Более чем, Ефим Григорьевич. Сомнений нет – по ходу процесса присутствуют нейтроны и гамма-кванты.
Последовало описание процедуры подготовки и запуска установки. Саша перечислял значения температуры, давления и счета импульсов нейтронов. А директор института, углубляясь в цифры и результаты, все четче ощущал, что неизвестный ему Цветков и его коллеги нащупали плодоносную жилку в этой новой сфере энергетики, и как непросто им будет убедить мир в необходимости ее дальнейшей разработки.
– Мощность избыточного тепла ядерного процесса превышает потребляемую нагревом в 4-5 раз. Другими словами, присутствует реальный шанс, что выведенная на автоколебательный режим установка может, используя современные методы преобразования тепла в электричество, производить в четыре раза больше электроэнергии, чем она потребляет. – Саша повернулся к директору института и гордо завершил: – Настоящим мы подтверждаем результаты экспериментов Цветкова.

Отложив в сторону листки, Ефим Григорьевич обвел взглядом своих коллег.
– Что я могу сказать? Молодцы, черт меня побери! – Он смеялся вместе с ними. – Ну, а что вы пожелаете господину Цветкову?

Первым откликнулся Сергей:
– Чтобы он нашел, скажем на Западе, государственную структуру, которая бы серьезно, с участием кучи спецов из различных областей науки и техники, занялась этой темой. С одной стороны мощная крыша, а с другой – технологию можно было бы координированно, без больших потрясений вывести на рынки. Для начала, к примеру, в качестве локального источника энергии для установок опреснения морской воды в Африке. И у африканцев урожай, и в Европе меньше беженцев.

С восторженным удивлением директор в очередной раз обвел взглядом этих молодых ребят.
– Да я смотрю, вы не только о синтезе думали!
– У нас, Ефим Григорьевич, еще до начала работ достаточно времени подумать было. – Михаил светился от радости. – А насчет кучи спецов Сергей, конечно, прав. Там еще работы – на пару лет точно. И оптимизация рабочего тела. И поиск дизайна. И мощностное масштабирование. Материаловедение тоже не стоит забывать. Следует поискать эффективное преобразование тепла в электричество. В общем, это дело не для одного человека.

– А вы теперь чем намерены заняться? – старый ученый внимательно смотрел на лица этих молодцов.
Тут Саша напомнил ему:
– Ефим Григорьевич, мы же по вашему распоряжению в группе исследования трансмутации отходов посредством быстрых нейтронов. Так вот, мы, с вашей поддержкой, и начали бы на основе установки по синтезу обдумывать установку по трансмутации. А в подходящий момент еще бы опубликовали результаты нашего эксперимента в поддержку Цветкову. Может, и с ним вместе когда-нибудь что-нибудь замутим. Как вы на это смотрите?

Эти чистосердечные слова растрогали Ефима Григорьевича до глубины души.
– Положительно! Спасибо за работу, ребята! Давайте прямо в понедельник в 8 опять сюда. Я Бориса Ивановича тоже приглашу. Покумекаем немного вместе о трансмутации. А я до тех пор поразмыслю о возможностях института. Заседание объявляю закрытым!

Он собрал бумаги и протянул их Саше.
– Бумаги возьмите и спрячьте. Советую использовать флэшку. Еще раз – спасибо!

Оставшись один в кабинете, директор слышал веселый галдеж своих сотрудников, спускавшихся по лестнице, смотрел в окно на березки и думал о смысле своей жизни и об этих ребятах, с которыми можно было бы много чего построить. Эх, еще бы годков пяток!

 
~ • ~

Чем ближе подходил час встречи, тем больше Рита нервничала. Все должно было получиться особенно вкусно и красиво. И хотя она умела прекрасно готовить, что не раз подтверждала мама, в голове кружился хоровод вопросов. Ничего не забыла? А вдруг он не любит лук в котлетах? А что в пюре – молоко, масло, яйцо, сметану? А если ему вино в соусе не понравится? Салат с кандированным грецким орехом он небось еще не ел?

Она призвала себя к порядку, и вскоре на крохотной кухоньке забулькало, закипело, зашипело, запарилось и вкусно запахло. Поймав себя на мысли, какую неимоверную радость ей доставляет готовить для него, она смеялась и с еще большим усердием и вниманием командовала парадом кастрюль и сковородок.

Когда настенные часы показали половину седьмого, все было почти готово. Поставив все конфорки на минимум, Рита поспешила в ванную комнату.

Когда звонок напомнил о своем хроническом недуге, стол блестел тарелками, приборами, салфетками, фужерами, бутылками и полностью раскрывшейся алой розой, а хозяйка, в очередной раз рассматривая себя в зеркале, откровенно высказывала мнение своему отражению.

Когда – «одну секунду!» – Саша, быстро пройдя к столу и положив на Ритино место белую розу и завернутую в красную бумагу небольшую коробку, вернулся к ней и после негромкого «Добрый вечер, Рита!» поприветствовал ее касанием щек – слева осторожно и нежно справа, она наполнилась каким-то мягким радостным спокойствием. Как будто рядом стоял давнишний друг, прихода которого она с нетерпением ждала.

Ей пришлось опять, как в прошлый раз, бежать на кухню, откуда сначала была слышна тишина, а затем:
– Саша, откройте и разлейте, пожалуйста, вино! Пусть подышит.

Рита несла белую розу, с улыбкой рассматривая ее.
– Спасибо! Я так люблю розы. Теперь у меня их две. Посмотрите, как пышно первая раскрылась! – Она опустила цветок в вазу рядом с алым и коснулась белого лепестка. – Вы знаете, что нужно сделать, чтобы розе было хорошо?

Он смотрел на нее ласково смеющимися глазами.
– Расскажите! Мне интересно.

– Сначала нужно убрать листья, которые могут коснуться воды. Вода может быстро протухнуть. Вообще, хорошо, если вода отстоялась. Потом подрезаете под острым углом стебелек, чтобы в него могло поступать достаточное количество воды. Добавляете в воду немного сахара и уксуса – питание. Можно забросить таблетку аспирина – вода долго не тухнет. И лучше всего, если роза стоит в прохладном месте. Но это, к сожалению, противоречит ее назначению – я хочу любоваться ею.

Рассмеявшись, она поспешила на кухню и тут же вернулась с двумя мисками.
В одной, в маняще вкусно пахнувшем соусе, парились румяные котлетки. А из другой, играя легким паром, выглядывало нежно-желтое пюре.
– Давайте чокнемся! – Рита протянула к Саше фужер надышавшегося красного вина.
– С удовольствием! – Раздался продолжительный звон старого чешского хрусталя. – За прелестную хозяйку! – Саша поднял фужер и, повернувшись к стенке с картинками, добавил: – И, друг Давид, за тебя и твои прелестные ресницы!
Прикрыв уста своими тонкими пальчиками, Рита покатилась со смеху.
Ей было так хорошо на душе.

Еще смеясь, она указала ему глазами на лежащий рядом с тарелкой пакет: «Можно?»
Прелестные ресницы говорили ей, что это для нее.
Рита сорвала оберточную бумагу и, медленно опуская ее на пол, уставилась на коробку.
– Кедровый грильяж! Какая прелесть! – Он помнил о ее любимых конфетах!

Ей казалось, что радости нет предела. Она бросилась к нему, горя желанием чмокнуть его в щеку, и… оказалась в крепком мужском объятии. До того крепком, что ее руки едва сдерживали его.

Близко-близко, в темной синеве, за легким испугом собственной решительности, ярко проступало то глубокое, полное нежности чувство, o котором она уже не раз догадывалась, глядя в нее.

Словно открывая еще скрытое в ставшим таким близким, ее руки пытливо и осторожно касались кончиками пальцев его груди и извилин шеи, поднялись к его лицу, крепкому подбородку, к его упругим полным губам, гладким щекам, холодным ушам и встретились в густых темных волосах. Откровенные полуоткрытые губы нашли свое пылкое отражение в захватывающем дыхание, завораживающем, пьянящем – сначала неутолимом, поглощающем, затем бесконечно нежном и ласкающем.

Она прильнула вся к нему и глубоко вдохнула мужской аромат его груди. Его губы посыпали белоснежную щеку, нос, прикрытые глаза и тонкой дугой изогнутые брови пылающими угольками, разжигающими еще неизвестное ей пламя. Все крепче обнимая, она по-своему чтила силу его страсти, причиной и предметом которой была она сама.

Комната растворялась в легком тумане, насыщенном вздрагивающими звуками и цветами. Продолжительный сладкий стон. Уста коснулись таинственной точки на ее шее. Откинутая назад голова, покоящаяся на его сильной, ушедшей в локоны руке, полностью открывала шею губам. Пронизывающее ее влечение было услышано, и руки, крепко обнимая гибкий стан, стремились туда, где они теперь должны были быть. Она вновь приникла к нему, обвила его шею и судорожно вдохнула у самого уха, когда они скользнули по ждущим ягодицам, крепко охватили их снизу и прижали ее к твердому телу.

Все, что разделяло, мешало. Все, что не сразу снималось или расстегивалось, раздевалось через голову или каким-то другим неповторимым образом и улетало восвояси. Весь мир состоял из жаждущих рук, губ и глаз. Они ласкали складочки, неровности, впадинки, углубления и выпуклости.

 С проснувшимся и растущим в ней желанием она застланными туманом глазами смотрела во взволнованную синеву его очей и как-то по-девичьи робко, рука об руку с ним, отступала.

Смущенно улыбаясь и не отрывая от него взгляда, она присела на кровать, протянула к нему свои руки и медленно опустила спину на прохладное одеяло.

Его глаза. Любящие! Он любит меня! Да, он любит меня! Любит! Меня!

А я? А я? …а я только начинаю.

Пальцы в темных волосах.

Сквозь пальцы.

Прикрыть глаза.

Только слушать и осязать.

И чувствовать.

Упругое тепло губ. Куда вы?

Нос. Носик. Сладко.

По черточкам бровей. Мяу!

Мои волосы нравятся. Вдыхает их. Милый мой! Милый! Мой!

Сосок. Иди сюда! Сквозь волосики. Вот так! Как спина напряглась! Это все я?

Ухо. Щекооотно!

Да, шея. Дааааaaa! Ммммм! Еще! Он знает. Хоорррошо зна…еет!

Очень твердое и горячее задело низ живота. Она смущенно засмеялась. Но смех оборвался. Жар опалил ареолу ее левой груди. Глаза тут же открылись. Ее груди помещались в его чувственных сильных руках. Язык не спеша описал кружок по ареоле, и губы мягко сомкнулись на ней и на отвердевшем соске, и Рита вся прогнулась навстречу Саше. Из полураскрытых уст раздался стон, переходящий в жалобную мелодию, наполненную желанием. Ее ноги раскрылись и гладили его ступнями и икрами по бокам и бедрам. Кругом все закружилось.

Целуя ее порозовевший, упругий, рывками подымающийся и опускающийся живот с мягкой округлостью под сладким пупком, он, касаясь мест, которые ему особенно нравились, чувствовал отрывистость ее дыхания, мелкую дрожь и вздрагивание ее тела. Когда же губы коснулись темно-красного треугольника и перешли туда, куда он показывал, она вскрикнула, смяла руками одеяло, остановила его теплой мягкостью ляжек и замерла.

Широко открытыми глазами она смотрела на него. Он утих меж ее ног. Сдавленные щеки и, в трубочку, губы выглядели по-детски мило и немного смешно. Но пред ней был мужчина. Ее милый. Думающий сейчас только о ней и ставший таким близким. И она откинулась на постель и широко открылась перед ним. А он…

…в моих сокровенных местах, которые я не раз трогала в беспокойные бессонные ночи.

Да!

Так!

Именно так!

Именно там!

Мой Милый! Мой Хороший!

Его ненасытные руки успевали везде. Они мяли ягодицы. Мягко скользили по бедрам. Крутились в танце на животе. И с благоговением сжимали вспухшие груди.

Она изгибалась и изворачивалась под ними. Предлагая его горячим губам и языку все самое сладкое и нежное.

А он читал ее внимательно, основательно и с большим выражением.

И он прочитал ее зов. И через мгновение был над ней. Горячий и трепещущий.

Впившись в спину и плечи, она наслаждалась крепостью его мышц. Жадно целовала его шею и грудь. Ее икры и лодыжки настойчиво гладили его ягодицы и бедра. Тепло его тела обжигало ее. Нетерпение полностью овладело ею.

Твердая горячая головка его члена медленно раздвигала налитые влажные губы ее лона. Она была его лоном.

Обхватив пятками его ягодицы, она бросилась ему навстречу. И он разом вошел и заполнил ее до последнего уголочка. Крик нового ощущения острой боли и глубокого упоения вырвался наружу. И она еще крепче соединилась с ним, обвив его руками и ногами в прочном замке.

О, Боже! Он еще растет во мне!

Она не давала двигаться этому большому, твердому и горячему, плотно торчавшему в ней.

Каждой клеточкой она принимала до упора натянутую тетиву его тела.

Хотелось вытянуть ноги до самих кончиков пальцев. Крепко обнимая, они искали на нем места, чтобы зацепиться. И нашли их в коленных ямках.

Обняв подъемами и пальчиками его голени, она вложила в них раздвигающую силу. Он противостоял ей. И сила перенеслась во влагалище, еще сильнее объединяя любящих.

Он весь изогнулся, опираясь дрожащими руками в постель и откидывая назад голову, и издал гортанное, поднявшееся из глубин рычание.

Стремительно растущее несовладание с чем-то большим и неудержимо накатывающимся охватило ее. Вцепившись в его запястья и теряя любое представление о пространстве, она вдруг дико и оголтело ощутила внизу живота собравшееся в одну точку бешеное кисло-сладкое желание. Оно остановило дыхание.

Они одновременно неистово двинулись навстречу друг другу. И его третий, самый сильный смачный толчок опрокинул что-то в ней.

Сгибающее и расправляющее, небесное тепло понеслось по ее телу. Оно разливалось бурлящими волнами. Во все стороны. Ликующими красками. Звучанием дикого, нежного и необъятного.

Ей хотелось кричать. И она кричала на каждой волне.

Сквозь цветную пелену светились его глаза.

Любящие глаза.

 
Он прямо-таки выскочил из нее. И она почувствовала на своем треугольнике горячее и извергающее мощные струи белоснежного сока на ее пылающий живот.

Эти струи, его движение и стон сводили ее с ума.

Ей хотелось быть с ним. Рита обняла левой рукой его напряженную шею и, дрожа всем телом, подтянулась к нему.

Просунув правую руку меж их горячими телами, она крепко охватила его пенис у самых яичек. Медленное движение его плоти к головке и резкое обратно до упора. Еще одна струйка. Капельки.

В этом движении и в его судорожном громком дыхании было столько чувственности и сладострастия, что ее опять уносило к небесам. Прохладные бусинки катались по пылающим жаром ногам и животу и иногда подпрыгивали, заставляя ее стонать и вскрикивать.

Саша не выдержал веса двоих и опустился на кровать, осторожно увлекая ее на себя.

 
Рита положила голову щекой на его грудь и раскинула руки и ноги. Она отрешенно-счастливо улыбалась и вздрагивала от прикосновений. Волны ласкающего теплого моря, поглаживая, то обнимали ее всю, то отступали к пальчикам ног.

Их животы дышали друг другом.

– Любовь моя! Зеленоглазая моя! – тихо пронеслось сквозь локоны и окутало ее в нежное невесомое одеяло.

Кончики пальчиков, едва касаясь, ласкали его грудь, широкие покатые плечи, округлые бицепсы.

 
Два волнистых волнующих движения, и она была над ним. Опираясь в одеяло над его плечами.

Словно заждавшись его рук на полных грудях, она ахнула и, вдохнув всей грудью, смеясь и хлестая его лицо своими локонами, опустилась к его устам.

Касания не было. Лишь слова.
– Милый! Родной мой!

Бездонная зелень искрились счастливой радостью. В ней отражалась темная синева и еще что-то озорное, игривое.

– Мне очень хочется… – сказала она серьезно глубоким голосом. А когда ее груди были пылко сжаты, громко рассмеялась: –…котлетку-у-у.

 

В ванной было единогласно установлено, что в совместном купании есть что-то научно-исследовательское. Даже слегка коричневатая от ржавчины вода никак не мешала рассматривать уже немного знакомое и открывать совершенно новое, и даже неожиданное.

Рита сидела на корточках, держалась за его бедра, внимательно разглядывала неугомонное мужское достоинство и разговаривала с ним.
– Значит, это ты только что из меня женщину сделал? Ну что ж, приятно было познакомиться! По секрету скажу – очень приятно. Можно, я буду называть тебя Балу?

Сверху раздалось:
– Рита, если ты сейчас дотронешься до Балу, то котлеток не будет.

Саша опустился на колени. Держась за руки, они легко и неудержимо хохотали.

 

Котлетки удались на все сто. А соус был просто фантастическим.
Они кормили друг друга прямо из мисок, чередуя еще теплые котлеты с уже остывшим, но очень вкусным пюре.
– Салат! Полезно для здоровья и всякого рода устойчивости! – Смеясь и говоря уголками губ, она подавала ему зажатые в них листок салата и кусочек кандированного орешка.
Оценив продолжительным «м» вкус губ и полезность салата, он поднес к ее устам окунутый в соус кусочек котлеты.

Маленькая капля сорвалась и упала на грудь. Еще наслаждаясь аппетитным движением губ и подбородка любимой, он перевел взгляд на скатывающуюся соусинку, стремящуюся к розовому полю. Рита замерла и сопровождала происходящее веселым взглядом.
Как только светло-коричневая дорожка достигла своей цели, Саша нагнулся к ней и слизнул ее одним махом, поднимая снизу грудь шершавым горячим языком.
– Нет ничего вкуснее соуса а ля Маргарит!
По животу снова прокатилась бусинка. Рита подняла зажатое в ладонях лицо к своему, коснулась кончиком носа его носа и все тем же глубоким голосом настойчиво произнесла:
– Мне нужно срочно сообщить вам рецепт! – И, заливаясь от смеха, вытолкала его из-за стола.


Легкий игривый толчок в спину, и он повалился на кровать. А она бросилась на него.
Играя лопатками и ягодицами, он шевелился под ней, а затем осторожно встал на четвереньки. Он чувствовал ее щеку на затылке, ее горячие груди – на лопатках. Ее живот заполнял изгиб спины, а руки и ноги свисали полностью расслабленно по бокам. Игра лопатками, изгибание и опускание спины и легкое покачивание доставляли ему неописуемое удовольствие.

Короткое покарабкивание по спине, и с его плеча свисла рыжеволосая голова с озорно смеющимися зелеными глазами.
– Привет! Я Маугли!
Медведь перевалился с одной лапы на другую и недовольно пробурчал:
– Маугли Балу в данный момент никак не устраивает!
Маугли нагло поинтересовался:
– А кто устраивает?
Потаптывание лапами и бурчание продолжались:
– Ну там, белая медведица. Или, скажем, на крайний случай, красная Багира.
– Секундочку! – Голова исчезла и тут же появилась вновь. – Я переговорил с Багирой. В принципе, она согласна, но на сегодня дает отбой. Говорит, что киса горит и чуть побаливает.
Громким рычанием Балу выразил свое недовольство.

Маугли медленно сползал, а под конец рухнул со спины медведя.
И превратился в любимую Риту.

Громко смеясь, она буквально каталась по одеялу. А медведь, все еще бурча, лапой откатил ее в сторону, поднял другой лапой одеяло и тихонечко примостился рядом со вздрагивающей от смеха спиной, укрывая вновь раскаленные тела не успевшим остыть покрывалом.

Рука прошла под шеей, нашла ее руку, и пальцы сплелись. Почувствовав прикосновение его груди, она потянулась к его волосам, повернула голову и приподняла губы навстречу поцелую. Ножки запутались в его ступнях и голенях и потянули их вверх в складывающийся уголок. С шаловливой улыбкой она притиралась плечами, спиной и попкой к уютной корзинке по имени Саша.

Оба утихли в нежном забвении.

– Мне кажется, что по мне бегают и прыгают твои мальчики и девочки, – задумчиво промолвила Рита в наступившую тишину, прижавшись лбом к подбородку и поглаживая его щеку.
– А среди них есть красненькие? – Он снова целовал ее волосы.
– Ты знаешь, мне отсюда так уж точно не разобрать. Но наверняка есть.
– Ну, а если они добегут или допрыгаются?
– А скольким можно? – Она повернулась к нему, увлекая за собой на плечо сплетенную пальцами руку. Его глаза были совсем рядом.
– Сначала, наверное, мальчик. Пусть будет старший брат. А потом обязательно девочка. Ну а потом, если все будет хорошо, еще девочку. – Улыбка коснулась ее бровей.
– Что-то ты уж очень за девочек.
Саша приподнялся над ней.
– Если наши детки хоть чуть-чуть будут похожи на тебя, то у нас в доме будет всегда светло и счастливо.
В теплом уголке между подбородком и грудью она укрылась от его взгляда.
– Я бы хотела вылизывать их как кошка котят, пока они не встанут на ноги. Мы расскажем им о жизни, о хорошем и плохом, о добром и злом. Пусть они растут любопытными и внимательными. Не будем их нагружать какими-то неопровержимыми правилами – пусть сами разберутся. Только иногда будем подталкивать их в бочок, чтобы не заплутали. Да?

Они открывали друг в друге ту единственную страну, в которой хотели жить.

 
~ • ~

Если они смертны, так почему живут как бессмертные?
Почему отвлекаются от жизни?
Почему тратят так много времени на никчемное?
Почему калечат свою короткую жизнь невниманием и злом?
По чему определяют смысл присутствия здесь?

Город засыпал. Один за другим гасли его многотысячные глаза. Запоздавшие спешили. Все реже мелькали тени в свете фонарей. Все реже и реже шум зловонных коробок беспокоил улицу.

Холодная тишина. Только песня ветра в перьях. И беспокойные мысли в голове.

Под ним теперь закрывали глаза тысячи неспособных ответить на его вопросы. Им было суждено проводить треть жизни в другом мире.

Только один глаз города, освещенный старой настольной лампой, все горел в их дворе. Там знали один ответ на все его вопросы.

 
~ • ~

Шел день после того ненастного дня, когда земля дрогнула, огромное желто-коричневое поднялось и смешалось с низко висящими облаками, и город взвыл пронизывающим до мозга костей страшным голосом, почти полностью заглушавшим не такие громкие, но еще более страшные крики его жителей, бежавших с перекошенными от страха лицами, с сумками, с чемоданами, с детьми к вокзалам, размахивая в воздухе купюрами и украшениями, пытаясь по пути остановить один из проносившихся мимо, зачастую перегруженных автомобилей.

Федор все еще не понимал, что могло спугнуть этих сильных птиц. Да еще так, что они бросились, куда глаза глядят. Он помнил тяжелое постукивание в голове: только бы не дождь! Только бы не дождь!

Из головы не выходила беззубая старушка, в платочке, в потрепанных домашних тапках и в синей вязаной кофте поверх потертого цветастого халата, стоявшая молча под тополем и осенявшая пробегающих мимо крестом.

Пролетев над городом с короткими передышками, он увидел его мертвым, испустившим дух в тот несчастный день.

Нависшая над скоплением кирпича, стекла и бетона звенящая тишина издавала изредка звуки. То отдаленный лай, то редкий щебет соплеменников, то жалобное мяуканье голодного Василия, пойманное в четырехугольнике двора.

Последние, теперь желто-коричневые, куски снега, грязно-желтые стены и крыши, да сама земля – от всего исходил резкий запах неземного происхождения. Все было пропитано разлагающим.

Все пропиталось вырвавшейся на свободу смертью.

 
Окно Марии открыто. На подоконнике неподвижно сидел какой-то весь ободранный Василий. При посадке Федора на ветку прямо перед носом кот даже не шевельнулся. Открытые глаза смотрели, но не видели. Колеблющаяся синева заволокла их полностью и стерла щели зрачков.

Никто не приветствовал его.

Пропорхнув в комнату и приземлившись на карнизе шкафа, Федор увидел Марию, неподвижно лежащую пред ним на кровати. Ее остекленевший взгляд был направлен к небу, а в окаменевшее лицо была врезана почти живая улыбка. Левая рука свисала к полу. Рядом с ней там лежала старая фотография, навсегда запечатлевшая радостные молодые лица мужчины и женщины и любопытное – маленького мальчика.

В таких случаях люди плакали. Но и это ему не было дано.

Ки, не думай о Марии! Я уже позаботилась о ней.

Невесть откуда прозвучавший знакомый голос заставил Федора вздрогнуть и оглядеться.

Ну, не делай такой вид, будто не признал меня!

И вдруг Федора осенило. Этот легкий, как пух молодого воробушка голос.
Она здесь. Она пришла ко мне.

Наконец-то! Я уж испугалась, что ты полностью и безвозвратно превратился в этого лихого пернатого. А ну-ка, сядь, пожалуйста, снова на ветку, чтобы я смогла получше рассмотреть тебя!

Федор занял указанное место. Безымянная, я не ожидал услышать русскую речь.

Одно мгновение царила тишина.

Тебе, как новичку, простительно. Я всегда говорю на языке страны, которую посещаю. Он определяет способность донести свои мысли и волнения души до окружающих. Общаясь, люди познают себя и друг друга.

А вот насколько твои выкрутасы и нарушения всех правил простительны – об этом мы поговорим.

Федор перестал качаться на ветке. Нарушения?

Полет на вертолете прошлым летом. Случай на льду. Хождение по снам. Театр «У Тополя». Предотвращение ухода Марии. А вчера – спасение в институте. Может, мне еще пару примеров привести?

Воробей беспокойно переступил с ноги на ногу.

Ки, покраснеть тебе не удастся. Это даже у большинства людей больше не получается. А ставить свою миссию под вопрос, вытворяя глупости, тебе точно не в плюс. Кроме того, ты прекрасно знаешь правило – не вмешиваться в жизнь людей!

Ты - мои глаза и уши! Этим о твоей задаче все сказано!

Синева в глазах Василия колыхнулась, и свежий ветерок унес обдающий их, подымающийся от земли смрад.

Но ведь им нужна помощь! Федор не мог спокойно усидеть на месте и перебрался на подоконник.

Дети мои могут только сами себе помочь! Для этого им все дано. Я вдохнула в них разум и коснулась их души во имя единения женского и мужского в божественном – в любви. В самом прекрасном и бескорыстном чувстве, на которое способен человек. Любовь одна есть смысл жизни и мать привязанности и счастья в этом мире. И нет ничего более высокого и значимого!

Они идут по страдному пути познания, чтобы повзрослеть и встать на ноги, опознав в себе божество и зверя и навсегда укротив последнего. Осознать и приручить сексуальность было бы большим шагом к успеху замысла. К сожалению, далеко не у всех вдохновленное мною прижилось с установленным природой.

Тебе стоит внимательно послушать и зарубить себе кое-что на носу.

 
Зная о продиктованных природой стремлениях самки вдохновлять любовь и дарить жизнь, физически более сильный, но слегка притупленный тестостероном в своих чувственных восприятиях самец посчитал нужным ограничить доступность самки для других самцов, дабы она вынашивала гарантированно исключительно его семя и потомство. Сначала он добивался этого силой, а затем, подучившись письму, еще и словом. Чтобы придать слову силу, далеко превосходящую физическую, он назвал его божьим и увековечил в писаниях, ставших основой веры и религии.

А чтобы самка не вздумала тоже что-либо писать, самец решил оставить ее на возможно долгое время темной и необразованной. Тем более, что образование влечет за собой просвещение и свободное мышление и, открывая двери диспуту, усугубляет осложнением взаимоотношений с самкой тяжесть возложенной самцом на свои плечи ноши защитника и кормильца.

Не будем уходить далеко во время. Начал он с Лилит, первой жены Адама. Она, утверждая, что женщина и мужчина равны, не желала подчиняться мужу и бежала от него, за что была превращена в ночную дьяволицу, убивающую детей и издевающуюся над мужчинами в их снах, в мать демонов и бесов.
Затем Бог создал из ребра Адама вторую жену, добрую и послушную Еву. Ей тоже не повезло. Она оказалась виновной в изгнании из Эдемского сада и, в наказание, навсегда подчиненной мужу.

Дорогой Ки, я никого, никогда, ни из какого сада не изгоняла. Мои дети все еще живут в саду и могут его сделать вновь таким, каким он некогда был. Если успеют.

Пишущий самец не был глуп и понимал, что если уж писать от имени Бога, то не только о том, как подчинить себе Еву – дающую жизнь, но и о том, как жить. Надо отдать ему должное, писал он в стремлении к лучшему, и в трудах его есть приемлемые правила человеческого общежития. Но многие из его слов божьих до того неоднозначны, что позволяют излагать их по ситуации и целесообразности и согласно устоявшейся традиции.

И во всем написанном явно не хватало любви.

Мар и я родила мальчика. Повзрослев, он говорил людям о чувстве, стоящем выше божества. Те из них, кто умеет слушать, будут слышать Его голос всегда.

И тут писари внесли неточность – на этот раз в слово Сына моего.

Вслушайся! Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всей крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя.

С определением «ближнего» у них до сих пор неразбериха. Но, если вспомнить «ближнего» из 10-ой заповеди христианства, то он точно не самка. Более того, любимую жену Сына зачислили в блудницы.

Один раз – как говорит твоя красноволосая любимица – я подтолкнула их в бочок.
И познала человеческую боль.

 
Зверь питается традициями, замешанными на религии, вечной куртизанке господствующих. Там, где присутствует зверь, нет разума и любви, а только стремление к власти над ближним. Там даже нет ответа на вопрос: Власть над кем и зачем? Темнота, приходящая с этой властью, сродни той в душе стремящегося к ней. Ведь выход во власть и удержание ее означают насилие. Выйти в нее значит поступиться любовью и заболеть душой.

Время господства душевнобольных должно закончиться.

Взор ищет будущее. Невозможно идти спиной вперед, руководствуясь правилами прошедшего. Из прошлого в путь нужно взять созданное прекрасное, как подтверждение своих возможностей, и память о причинах страдания, как напоминание о своем несовершенстве.

На Земле нет ничего более разумного, чем обустройство жизни живущих на ней.
В этом мире нет ничего более святого, чем создание условий для развития души. Только глядя в нее и познавая божество и зверя, можно полюбить себя, преодолеть зверя и без предвзятости дарить внимание, понимание и наконец любовь.

Женщина и мужчина созданы друг для друга, и не только в смысле совместимости половых органов. И они знают об этом, пройдя совместно бесконечно долгий путь. Им осталось осознать, что им известно друг о друге все. Им смолоду нужно научиться открывать свои души не только любви, но и любимым, и смотреть на жизнь глазами тех, кого любишь. Уметь дарить себя – это высшая степень откровения и правды.

А для этого им необходимо время, свободное от забот о телесном существовании. И мир уже сегодня в состоянии дать им это время.

А если они не справятся?

Тогда им придется идти по Долине одиночества. Не в сад, так в ад. Земной, созданный ими самими. У них всегда была возможность выбора.

А как же с религией? Федор снова перебрался на ветку.

Ты знаешь, нужно уметь прощать. Как-никак, а в основах своих она всегда взывала к лучшему в человеке. У нее достаточно опыта и знаний, чтобы совместно с наукой посвятить себя душе человеческой. Она способна изъять из тысячелетий лучшее и написать новое. Ее храмы – прекрасные места уединения и созерцания божественного в человеке. Ее место в жизни будет оправдано, если она не просто начнет говорить, когда нельзя молчать, а кричать, когда понадобится.

Ну а вера – это дело личное.

А что же с бессмертием души?

Об этом отдельный разговор. Один человек написал: еще немного, одно мгновение покоя на крыльях ветра, и другая женщина меня родит.
Одно тебе скажу, те, кто перечит слову моему, – неизлечимые оптимисты.

Я рада тому, как мои дети взрослеют. Но они переступили порог природы не готовыми к этому, не осознав себя и не зная последствий своих действий. Им следует поспешить. Старшие должны позаботиться о младших, подавая им пример, достойный подражания. А вожаками они должны выбрать лучших, способных смотреть в будущее.

 

Мне пора. На другом берегу Течения Жизни - люди называют его Гольфстримом - дела совсем плохи. Придется как-то донести до «избранных», что следует быть поаккуратней с Картинками и с утратившим смысл профитом.

Ты знаешь, как уходить.

 
~ • ~

Мощные крылья ветра уносили его.
Он еще раз оглянулся и увидел Василия, жадно терзающего тело воробья.

Федор, по имени Ки, уходил из Жизни, ожидая большего от нее.

 

 

 

 

Надо еще заглянуть к Вальтеру!


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Дорогие островитяне!
    К сожалению, болезнь близкого человека позволяет мне только сейчас вернуться на Остров, и то ненадолго.
    Поэтому прошу заранее извинить меня за краткость ответов на Ваши замечания. Благодарю Вас за уделенное Федору внимание!

    Уважаемая Татьяна!
    Придется провести генеральную уборку "снега": наименование, определяли, скопление, втыкались. присутствующие...
    Подумаю: "... рюшечки, бантики и выглядит в итоге беспомощным." Согласен: "...с текстом надо поработать..."
    Новых слов не боюсь - повсемирно, покарабкивание, если они вносят нужный штрих в картину.
    Сон, как и многое другое, взаимосвязан со словами Безымянной о том, что женщине и мужчине следует осознать.

    Уважаемая Марина!
    Спасибо за осторожное и внимательное приближение к Федору!
    Подумаю: штампы, канцеляризм.
    Лоскутное одеяло так задумано.
    Сцена любви. Никаких фантазий читателя - только "визуальное" восприятие одного из красивейших проявлений любви, результатом которого является жизнь.
    ЖКХ. Придется поработать. Попытался противопоставить стремление людей к лучшему, их самоотверженный вклад в это общее лучшее (вплоть до того, что кто-то перестает пить, а кто-то раньше времени умирает) и стремление к наживе/власти с неизбежной потерей человеческого облика.

    Уважаемый Николай!
    Дружеский экспромт понравился.
    Замечания приняты к сведению.
    Дефлорация и оргазм - по результатам опросов - бывает. Зависит от силы чувства и страсти.
    Вы правы, "головка полового члена" - многовато. Просто "головка" - сильнее.)

    Уважаемый Юрий!
    Мне очень приятно, как Вы восприняли Федора. Спасибо!
    Вы, очевидно, читали эмоционально, а не аналитически.
    Ваше слово "абсурд" заставило задуматься. Мне напрашиваются слова "гротеск" и "клиповое повествование".

    Уважаемый господин Беркович!
    Вы правы, повесть вышла из-под пера начинающего и неопытного автора.
    Тем более, меня радует, что Вы потратили три дня на чтение этого слабого текста. Спасибо!
    Что же касается количества перечисленных пороков современного российского общества, то их перечисление можно изложить как проявление ненависти, полного отвержения, неприемлимости или любви к людям с горьким чувством непонимания терпимости в отношении к новому застою. Кстати, по поводу пороков от читателей - в том числе, проживающих в России - пока возражений не было.

    Уважаемые Ирина и Владимир!
    Я не думаю, что блин получился комом. Может быть, кое-где из-за неопытности повара и переизбытка огня подгорел или вспучился.
    Повару придется еще потрудиться. Надеюсь, что этот первый блин не испортил воздух на нашем острове.

    Уважаемая Валерия!
    У меня изначально не было претензии на эпохальность произведения. Просто хотелось услышать мнения начитанных умных людей.
    Я думал, что на острове это в порядке вещей.

    Уважаемый Александр!
    О "Мастере и Маргарите" лучше не будем - совсем не в масть.
    Вальтер - точно не мессия, а опытный человек, любознательный и живущий с открытыми глазами. Если такой человек не считает для себя унизительным разговаривать на стройплощадках с простыми людьми или даже бывать у них дома, да еще и помогает больным детям, родители которых не в состоянии оплатить лечение, то со временем он приобретает довольно обоснованное представление о происходящем. А то, что он сам не увидел и не услышал, до него донес Федор-Ки. Как, не скажу.
    Город точно не под Москвой.
    Изменил предложение: На другом берегу Течения Жизни - люди называют его Гольфстримом - дела совсем плохи.
    Касательно ситуации в России - российская пресса в период с мая по декабрь 2016 года:
    Аргументы и факты: Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума в России в первом квартале 2016 года выросла до 22,7 миллиона человек по сравнению с 14,4 миллиона в четвертом квартале 2015 года. Об этом в пятницу, 17 июня, сообщает Росстат. Данные приведены без учета сведений по Крыму и Севастополю.
    Интерфакс: В России реальный уровень бедности гораздо выше официального уровня, который рассчитывается на основе статистических данных, заявила вице-премьер Ольга Голодец. "Если по статистической оценке идет рост бедности и [уровень бедности] составляет 15%, (...) то самоощущение людей - оно гораздо хуже", - отметила вице-премьер. "Если мы говорим человеку: "ты не бедный", а он - бедный, это очень тяжелая ситуация", - приводит слова Голодец Интерфакс.
    Эксперт: За минувший год число бедных семей в России выросло почти вдвое. Об этом говорят данные опроса ВЦИОМ, опубликованные в конце декабря: доля семей, которым хватает денег лишь на еду, и таких, которым не хватает даже на еду, на конец 2015 года составила 39% — это на 17% больше, чем в 2014-м.
    Росбалт: Доля бедных в России – около 60%, и большинство из них видят преодоление бедности в создании социального государства.
    ...Часть россиян держится на кредитах, не имея при этом в перспективе возможности выбраться из долговой ямы.
    LENTA.RU: 27 мая стало известно, что Минсельхоз ищет варианты внебюджетного финансирования программы продовольственной помощи нуждающимся, поскольку государственных средств на ее развитие не хватает.
    И т.д. и т.п.


    Еще раз большое спасибо за уделенное время и внимание и за советы и замечания!

    С уважением
    Петер Зенгер

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 8 Фев 2017 - 13:59:30 Зенгер Петер
  • Дорогой Петер!
    С большим интересом прочел Вашу повесть. Вообще-то, действительно, произведение для нашего сайта великовато. Просто мало кто станет читать. Но все-таки многие островитяне прочли и дали, на мой взгляд, верные советы. Попробую и я, стараясь не повторяться, выразить свое мнение.
    У меня Ваша повесть вызвала аналогию с «Мастером и Маргаритой» Булгакова. Действительно, всезнающий Вальтер - Воланд авторитетно рассуждает о жизни в России, хотя сам немец. Создается впечатление, что он знает больше, чем говорит. Намекая на это, автор изображает Вальтера высшим судьей, имеющим истинно-верное мнение. Конкурентов у Вальтера нет, как нет в повести и других мнений о России. И сама повесть «записана Вальтером». С чего бы? Кто же тогда он? Может быть, тот, чьими глазами и ушами был Федор-Ки? Или Федор-Ки залетел к нему и все рассказал? Он, получается, просто писарь? Но ведь претендовал на мессию.
    Есть Маргарита, которая любит Сашу-Мастера и цитирует Бегемота. Пожалуй, можно найти и еще булгаковских героев. Хотя бы председателя жилищного товарищества Игоря Борисовича. В общем, чувствуется, что повесть навеяна Булгаковым, и задача ставилась грандиозная – создать современное произведение о российской жизни с обобщениями и выводами.
    Но, как уже отмечали предыдущие комментаторы, не получилось.
    Читается интересно, местами даже захватывающе. Но многочисленные неувязки и несоответствия мне просто не позволили проникнуться авторским замыслом. Все время отвлекали. Попытаюсь перечислить некоторые.
    1. Вся жизнь главных героев дома и на работе – несовременная. Такое описание подошло бы к 90-м годам. Тогда, действительно, была страшная бедность. Поверить в описываемый быт не получается. Тот же упоминаемый 286-ой компьютер, помнится, у меня на работе списали еще в 1993 году. Не верю и в то, что директор отдал часть зарплаты в бюджет института. Судя по описанию, бюджет миллионный. Что же могла значить для этого бюджета часть зарплаты? И зачем? Авторитет завоевывать не нужно, смысла в таком мизерном вкладе никакого. Не верю в то, что завод по переработке ядерных отходов находился рядом с Москвой. Много чему не верю!
    2. А что касается приема у олигарха – верю! Видно, что автор знаком с олигархами не понаслышке. Создается впечатление, что олигарх все и описывает, зная о простых людях лишь понаслышке. Но что Вальтер может знать о Саше и Рите?
    3. Вальтер описывает историю России с царем и князьями-всадниками в мрачных тонах, говоря, что создалась патовая ситуация. Но и здесь не верю! Не скажу, что все в России радужно. Но явно не так, как описывает немецкий специалист. Все-таки это – взгляд с другой стороны, записки постороннего. Впрочем, мнение из-за границы о нашей жизни тоже узнать было интересно.
    4. Сцена полового акта Саши и Риты, мне кажется, выбивается из стиля повествования. Эротические подробности не вносят ничего в общую идею. Если уж хотелось про ЭТО написать, надо было выделить в отдельный рассказ, как уже отмечали предыдущие комментаторы.
    5. Конец вообще шокировал. Мало того, что воробей Федор оказался каким-то духом Ки, эдаким божественным наблюдателем. С этим еще можно было бы смириться, там более, что такой подход объясняет некоторые странности его предыдущего поведения и его положительное влияние на людей. Но то, что город неожиданно и необъяснимо погиб, никак не укладывается у меня в голове. Что произошло? Реактор взорвался? Или кара свыше? Зачем автору это? Правда, упоминается о «спасении в институте», но невнятно и непонятно. Выходит, все-таки, что «все умерли».
    Что же автор хотел сказать? Если опять вернуться к «Мастеру и Маргарите», то, наверное, выразить мысль, что в этом мире людей не ждет ничего хорошего. Но ведь и «на другом берегу Течения Жизни дела совсем плохи». Что же делать? Что хочет сказать автор, какую мысль донести до читателя своим произведением?
    Я так и не понял.

    Если все же посмотреть на повесть как на «первый опыт автора» и попробовать дать советы, присоединюсь к предыдущим комментаторам. Надо попробовать писать небольшие рассказы. Несколько готовых можно хоть сейчас выдернуть из повести. Возможно, со временем рассказы сложатся во что-то большее. Пока же этого нет.
    С уважением, Александр.

  • Уважаемый Пётр, не смогла пройти мимо дебютанта! Лично я, всегда, рада знакомству с новым автором причалившим к нашему Острову. В отношении оценки произведения, моё мнение полностью совпадает с мнением Валерии. Но, как говорит пословица - ПЕРВЫЙ БЛИН КОМОМ! Однако у вас ещё всё впереди. Многие из нас начинали "НЕЗНАЙКАМИ", НО БЛАГОДАРЯ УМНЫМ, ОДАРЁННЫМ И ГРАМОТНЫМ ТОВАРИЩАМ ПО ПЕРУ, СМОГЛИ ПРЕОДОЛЕТЬ БАРЬЕР ТОРМОЖЕНИЯ, ЧТО И ВАМ ЖЕЛАЮ ОТ ВСЕГО СЕРДЦА! Только вперёд и не сдаваться!
    С искренним уважением - Ариша.

  • Ответ:
    Уважаемая Марина,
    разумеется, эту публикацию разместила потому, что в ней интересный матерал, а не только "в воспитательных целях". Но думаю, что он лучше бы воспринимался, если бы повесть предстала в сокращенном и доработанном виде, а пара отдельных эпизодов (как квартирно-ЖЭКовская добавка в части-3) перешли бы в отдельные рассказы!
    С наилучшими пожеланиями,
    Валерия

  • Вы будете смеяться, но часть повести про ЖКХ прочла как инструкцию. Что делать с их поборами? Жуткая пофигистка! Благодарю автора за эти размышления. Ну, теперь смейтесь, не жалко! ))))

  • Продолжайте господа без меня. Ухожу баиньки...

  • Фредди, сюда! Есть дело.

  • Вы вообще не верите в святую воду?

  • И даже в бога не верю. Вот ужас-то!

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 3 Фев 2017 - 9:13:20 Голод Аркадий
  • Тогда зачем было заводить разговор про СП? Я им не гарцевал и никогда не упоминал кроме как на титульной странице...Это была чисто ваша инициатива...

  • Гарцуют не "им", а "на нём", писатель.

  • ПАРОДИЯ на
    "я хотел, чтобы наш сайт вновь стал литературным"
    (Четверг, 2 Фев 2017 - 20:37:37)
    Пародия:
    "Развелись, блин, у нас пародистсты"

    Я хочу сайт наш литературным,
    и культурным сайт видеть хочу,
    ни рекламным, ни физкультурным,
    ботаническим или гламурным,
    А серьёзным, не карикатурным,
    Без пародий (на них я бурчу).

    Развелись, блин, у нас пародистсты,
    Эх, не то, что лет десять назад!
    Заправляли тогда трактористы,
    ДеревЯнщики- проще сказать.
    Городских наши быстро погнали
    Прям от самых дверей МТС
    Юмористов -метлою поганой,
    Не чернили чтоб КПСС!!!
    Весь горох у меня поклевали
    В деревеньке колхозной моей,
    И сижу тут один я в подвале -
    Краснота все темней, и темней.
    Мне и это не то, то - не это,
    Охи с ахами, с мухами суп,
    Ну и что, если юмора нету?
    Дать бы пошлости полный отлуп!
    А пока что- одна ностальгия:
    Как я с девками в поле гулял!
    Как стихи сочинял им лихие!
    А теперь весь талант растерял.
    И сижу тут один я в печали
    В деревеньке забытой моей,
    Все девахи в Европу сбежали...
    Где ж ты, Муза? Вернись поскорей!
    Н.Б.

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 3 Фев 2017 - 0:03:25 Буторин Николай
  • Вы в самом деле считаете это пародией?

  • у меня такое ощущение, г. Голод, что я это как-то смогу пережить...Трудно, но смогу...

  • Попробуй в жизни хоть раз
    Не упускать улыбку из открытых глаз.
    Пускай капризен успех, он выбирает из тех,
    Кто может первым посмеяться над собой.

  • +7 (499) 246-75-65 Звоните. Разберитесь. Кто и как выдал мне корочки.

  • А на фига оно мне?
    У меня самого есть красивый диплом профессрпа Су Джок.
    И что с того?
    Если в реальности эффективность этого и ему подобных "методов" в точности равна эффективности святой воды и камлания шамана..
    Даже то, что диплом мне торжественно вручил сам покойный профессор Пак Дже Ву, никак не изменяет ситуацию.

  • Я уже говорил автору, что нужно сократить по максимуму, а потом, с тем что останется работать. Вл. Борисов.

  • Уважаемый г.Борисов,
    я полностью разделяю Вашу озабоченность об атмосфере на сайте.
    Но ведь мы сами, каждый из нас, её создает!
    Одни, как Вы- рассказами, многие из которых и мне нравятся.
    Я же стараюсь с пародиями, как могу.
    А критики под этой повестью предостаточно, и ещё, может добавят. То, что не "спорят до хрипоты, доказывая свое видение литературы" и не посылая на 3 буквы, как кому-то из ушедших с сайта жутко хочется, не это главное. Важно- авторы стараются помочт друг другу.
    И почему Вы сами не даёте критики, а упрекаете других, что мало критикуют? Не лучше ли дать пример, чем придираться и ворчать?
    Я тут привёл свои замечания, а Вы промолчали.
    Н.Б.

  • Я знаю, что в одну и ту же воду не войти дважды, но единственно что я хотел, что бы наш сайт вновь стал литературным, и что бы на нем бушевали литературные споры и баталии как раньше, ну лет 8-10 назад, и что бы авторы спорили до хрипоты доказывая свое видение литературы...мы сами того не замечая губим сайт. Зачем стараться, когда все равно всем понравится...Вл.Борисов.

  • Боже упаси!
    Вот мне ни разу не понравилось то, что Вы называете Вашими непроизведениями.

  • Ай молодца г.Буторин или как вас там на самом деле? Смелый парень! Пародии направо и налево пишет... На большее похоже не хватает, но на это горазд...И что интересно, кому-то значит нельзя переходить на личности, а кому-то можно...Да вы не переживайте, я могу и не выставлять свои рассказы,(кстати за все время я свои работы ни разу не назвал и не считал их произведениями, а уж гениальными тем более) дабы вас не нервировать...Вы вон десятилетиями ничего не выставляете, и нормально себя чувствуете...Правильным путем идете, товарищ! Затыкать рот несогласным у вас получается...Можно сказать дар Божий...

  • ПАРОДИЯ на коммент г.Борисова (Четверг, 2 Фев 2017 - 11:15:46)
    До тех пор, пока на сайте будет царить узаконенная толерантность(читай все синонимы слова, и скажи мне, Вл.Борисову, что сие обозначает, а то я никак не запомню) , до тех пор, пока мы будем бояться (а я, Вл.Борисов уже не боюсь, потому что терять мне нечего, кроме того, что и так ничего не найдено) сказать хоть слово критики в адрес выставляемых работ (читай: в адрес администрации, это такой мой тонкий владимироборисовский намёк), дабы нас не обвинили (и не посадили на сухари и воду) в предвзятости или переходе на личности, до тех пор пока вместо нормального обсуждения под "произведениями" будут царить охи и ахи вперемежку с сотнями восклицательных знаков (здесь я не имею ввиду мои гениальные произведения, которые вне конкуренции и критики), до тех пор уровень литературных работ (научно познавательные в данном случае не обсуждаются, потому, что я, Вл.Борисов их, да и не только их, за литературу не считаю) будет неуклонно падать, превращая сайт в нечто среднее между "Самиздатом" и "Одноклассниками" и "Однокраснодеревянщиками". И по настоящему хорошие работы (например про про мою деревню Борисово-Горохово) нет-нет да и встречающиеся на страницах сайта, лишь воочию доказывают общий уровень выставляемого. Это мое мнение, но я могу и ошибаться (но я никогда не ошибаюсь, потому что вот такой вот, посмотрите на меня еще раз)
    Вл.Борисов (в переводе Н.Буторина).

  • Уважаемый Петер,
    я во многом согласна с мнением г-на Константина Берковича о том, что "г-ну Зенгеру нужно было бы начать с чего-то более скромного по замыслам и размерам и, как говорится, набив руку, приступить к воплощению грандиозных замыслов".
    Я предложила сначала поставить Ваш небольшой рассказ, (что теперь на модерации), но Вы просили скорее представить именно эту повесть, хотя я указала на ряд недоработок и настаивала убрать некоторые части, как например- затянутый "квартирный вопрос" в начале 3 части, сделав из него и из некоторых других частей отдельные рассказы и представить их на сайте позднее.
    Продолжая эту мысль, позвольте обратить внимание на классиков:
    Чехов, Мопассан, Бунин, Дж.Лондон, Куприн и мн.друг. писали чаще рассказы, чем повести, на них они "замахивались" редко и уж не выглядили беспомощно под нагромождением материала, как наш уважаемый автор, а мастерски его выстраивали. Они не разбивали свои рассказы на несколько частей, чтобы затем куски соединить в увеличенном объёме в виде винегрета, назвав эту смесь повестью.
    И, отвечая на вопрос- "какими резонами руководствовался модератор, публикуя такое слабое произведение на сайте?" могу сказать, - только одним:
    надеждой, что после замечаний коллег "автор переработает бросающиеся в глаза недостатки и тем самым сбережет время читателей". Теперь, когда не только я указала на недочеты, но и коллеги нашего клуба, я надеюсь, автор примется за серьезную правку этой повести.
    С наилучшими пожеланиями,
    Валерия

  • Очень рада, что Валерия разместила эту публикацию!
    Не верю, что только в воспитательных целях. ))
    Разброс мнений - фактор успеха. Неуспех - это равнодушие читателя.
    Мне потраченного времени не жаль. )))

  • Невзыскательность,Нетребовательность,Либеральность,Снисходительность, Снисхождение...- И это только часть синонимов...

  • И какие же именно из этих синонимов имеют негативную коннотацию?
    Или Вы большевик?
    Вы не упомянули ещё иммунологическую толерантность. А она - необходимое условие спасения жизни. иногда, но нередко.

  • Похоже вас волнует мое членство? А что так?

  • Да вот так, что терзают меня смутные сомнения: ежели не каждый капитан - исправник, то всякий ли член - корреспондент?

  • Нельзя и не нужно, "стрёмно "делиться с посторнними своими интимными картинами . Да. Согласен с г. Борисовым. Толерантность _для узкого круга , но. не нараспашку. Жизнь - не кабак, не всё пропито. Береги святое. С Уважением.Н. Киров.

  • Что интимнее: тело или душа?

  • До тех пор, пока на сайте будет царить узаконенная толерантность(читай все синонимы слова), до тех пор, пока мы будем бояться сказать хоть слово критики в адрес выставляемых работ, дабы нас не обвинили в предвзятости или переходе на личности, до тех пор пока вместо нормального обсуждения под "произведениями" будут царить охи и ахи вперемежку с сотнями восклицательных знаков, до тех пор уровень литературных работ (научно познавательные в данном случае не обсуждаются) будет неуклонно падать, превращая сайт в нечто среднее между "Самиздатом" и "Одноклассниками" ...И по настоящему хорошие работы нет-нет да и встречающиеся на страницах сайта, лишь воочию доказывают общий уровень выставляемого. Это мое мнение, но я могу и ошибаться...Вл.Борисов.

  • Вы уже таки заплатили взносы во все свои союзы?

  • «…но я могу и ошибаться...»
    Ого, какой прогресс! Рада, поздравляю.
    Очень удивилась, что слово ТОЛЕРАНТНОСТЬ воспринимается как ругательное.
    Всегда горжусь своей толерантностью.
    Считаю её достоинством, а не недостатком Острова.
    Согласно определению Философского энциклопедического словаря «толерантность — терпимость к иного рода взглядам, нравам, привычкам. Толерантность необходима по отношению к особенностям различных народов, наций и религий. Она является признаком уверенности в себе и сознания надежности своих собственных позиций, признаком открытого для всех идейного течения, которое не боится сравнения с другими точками зрения и не избегает духовной конкуренции»

    Про "Бояться сказать слово". Это позиция ПРЕМУДРОГО ПЕСКАРЯ. Жил дрожал и умирал дрожал. Всегда можно найти, кого бы, чего бы побояться. Или выдумать страшилку.
    Солидарна с Татьяной.

    Комментарий последний раз редактировался в Четверг, 2 Фев 2017 - 16:22:49 Алекс Марина
  • Уважаемый Владимир!
    Так критикуйте же, кто Вам не даёт...
    Автор не против. Читатели тоже рады стараться. Многие из комментирующих дали конкретные дельные советы, внимательно прочитав объёмное произведение. За последнее время были опубликованы очень сильные прозаические работы - посмотрите на ленту! Тут же - творческий эксперимент, дебют. Вот и мнения разные - от восторга до полного непонимания!

    Комментарий последний раз редактировался в Четверг, 2 Фев 2017 - 15:44:36 Демидович Татьяна
  • Произведение г-на Зенгера оставило, к сожалению, не самое благоприятное впечатление. Очевидно, что ему хотелось поговорить о пороках современного российского общества и не просто перечислить их, а высказать своё видение в форме художественного произведения. Увы, автору банально не хватило мастерства для выполнения этой задачи. Пороков оказалось так много, что увязать их в единый узел в рамках небольшой повести оказалось ему не под силу. Целые куски текста порой выглядят как некие инородные тела, не вписывающееся в канву повествования. В качестве примера можно привести разссуждения о взаимосвязи головы и шеи, о визите Марии Яковлевны к главе правления кооператива и т.д.
    Идея показать жизнь людей глазами воробья мне представляется довольно сомнительной в принципе, и то, как автор воплотил её в тексте только подтверждает эту мысль.
    После прочтения повести сложилось впечатление, что она вышла из-под пера начинающего и неопытного автора, у которого, к тому же, есть немало проблем с русским языком (другие комментаторы привели много тому примеров – повторяться не хочется). Вообще же в этой повести довольно много проблем, и я коснулся лишь части из них – надо же что-то оставить и другим комментаторам.:)
    Может быть г-ну Зенгеру нужно было бы начать с чего-то более скромного по замыслам и размерам и уже, как говотится, набив руку, приступить к воплощению таких грандиозных замыслов.
    В заключение, хотелось бы спросить, какими резонами руководствовался модератор, публикуя такое слабое произведение на сайте? Не лучше ли было сначала предложить автору переработать его, указав на бросающиеся в глаза недостатки и тем самым сберечь время читателей (всё-таки три дня(!) было потрачено на чтение этого текста)? К.Б.

  • Новый интересный автор в литературном сообществе, это всегда свежее дыхание, читательское любопытство, неожиданное путешествие в чужой захватывающий мир. Ваше произведение, уважаемый Петер,местами интриговало, заставляло глубоко задуматься, вызывало улыбку, согласие либо неприятие чего-то, удивляло обилию затронутых тем и необычной авторской подачей.
    Но моё личное мнение: с текстом надо поработать... Причём скрупулёзно, с каждым предложением.
    Вот, допустим, вырываю наугад предложение:
    "Короткое покарабкивание по спине, и с его плеча свисла рыжеволосая голова с озорно смеющимися зелеными глазами."
    "покарабкивание" - такого слова нет вообще, а карабкаться, значит взбираться, восходить. Понятно, что муха могла карабкаться по спине, но любимый человек в порыве страсти - еще вопрос.
    А дальше по тексту не очень красиво сказано: "свисла ГОЛОВА с.... ГЛАЗАМИ... Но там ещё на голове и нос есть, и губы, и брови...
    Вот такие наблюдения!
    Остаётся пожелать литературных удач, новых литературных находок и вдохновения!

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 1 Фев 2017 - 22:03:36 Демидович Татьяна
  • Дорогие островитяне!
    Ответить смогу только через 4 дня.
    А благодарен уже сейчас.

  • Петер!
    Не берусь глаголить "истину в конечной инстанции".л
    Делюсь субъективным читательским впечатлением.
    1. Сначала собиралась лениво отмахнуться, мол, длинно. Но первая часть публикации сразу закружила в водовороте Вашей мысли. Сама не заметила, как увлеклась. ))
    2. Смешение языковых стилей: то поэтичный, то научпоп, то детективный, то философствующий, то почти канцеляризмы. И в этом что-то есть! Монотонное однообразие утомляет. Я умею переключать восприятие, мне эта неровность не помешала.
    3. Содержание. "Лоскутное одеяло", эклектичность - не значит плохо. Оно бывает изысканно-красивым. Право Автора выбирать любую форму.
    У Вас и тема любви, и коррупция, и беды страны, и судьба науки, и потребительское отношение к женщине, и экология, и ЖКХ, и внешнеэкономические контакты, и футурологические прогнозы, и философствования, и даже сюр. Просто чаще щёлкает переключатель в голове. )) Но чтения не прерываешь. Это показатель качества и глубины мысли.
    4. Сцена любви. Понимаю, что Вы хотели в неё вложить. Натуралистична, физиологична, да. Мне кажется, лёгкие намёки больше включают фантазию, и Читатель домысливает за Автора то, о чём тот и не помышлял. )) Но не уверена, что права. Решает Автор.
    РЕЗЮМИРУЮ. Вы захватили моё внимание. Буду следить за новыми публикациями. Наши все советы субъективны, порой взаимоисключающие. Пропускайте их через свою ИНТУИЦИЮ! ))

    Сорри, сорри, сбилась на "педагогический тон", стараюсь избегать дидактичности, и повелительных наклонений. )) Весело отфутболиваю высокомерную назидательность и в свой адрес. )))) (Посыл В.Борисову))))))

    Рада интересному знакомству с неординарной глубокой творческой ЛИЧНОСТЬЮ!

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 1 Фев 2017 - 20:53:36 Алекс Марина
  • Уважаемый Петер!
    Пришлось перечитать эротическую часть или сцену секса Риты с Сашей, чтобы понять и представить, где на его плечах или лопатках лежали её ступни и какие его выпуклости в каких её впуклостях, простите за каламбур! И вот тут возник вопрос, а бывает ли оргазм у девушек при первом контакте и дефлорации ( нарушение целостности девственной плевы)? Обычно болевые ощущения препятствуют этому, как помнится из Камасутры и пособий по сексу.
    Уверен, что любвеобильным молодым людям будет особенно интересно пополнить свои пробелы в образовании по части того, что и в какой последовательности желательно делать после ужина с любимой подругой.
    А теперь- по тексту-
    у меня есть несколько уточнений, на Ваше усмотрение:
    "ЛЕТАЮТ, как птички перед ПЕРЕЛЕТОМ" - не желательный оборот.
    "Близко-близко, в темной синеве, за легким испугом собственной решительности, ярко проступало то глубокое, полное нежности чувство, o котором она уже не раз догадывалась, глядя в нее." - очень громоздко, нужно долго думать что тут к чему.
    "Все крепче обнимая, ОНА по-своему чтила силу его страсти, причиной и предметом которой была ОНА сама." - лишнее последнее "она"
    "раздевалось через голову или каким-то другим неповторимым образом и улетало восвояси." - возможно будет лучше вместо "восвояси" поставить слово "прочь".
    "С проснувшимся и растущим в ней желанием она застланными туманом глазами смотрела во взволнованную синеву его очей и как-то по-девичьи робко, рука об руку с ним, отступала." - сложновато насчёт тумана.
    Желаю уважаемому автору продолжать работать над "Федей", и сделать его ещё понятней читателю.
    В целом остается впечатление о большой проделанной работе.
    Спасибо за Ваш серьёзный труд!
    И желаю дальнейших творческих успехов!
    Н.Б.

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 1 Фев 2017 - 15:53:28 Буторин Николай
  • Считаю, что автор очень талантливый и своеобразный. Он не боится показать героев с необычной стороны, высветить даже их звериную сущность. В его иллюзиях много реализма, паранормальная чушь оказывается правомерной проекцией действительности. Герои - очень неожиданные персонажи, а у пернатого его получеловеческая сущность с лихвой компенсирует его звериные черты, которые на любом другом существе выглядели бы неправдоподобно. Герои очень пластичны, они не стесняясь вытворяют перед читателем даже самые интимные вещи, обрамляя их самыми неожиданными словами и ассоциациями. Сценарий повести имеет хитроумные ходы и написан не стереотипно. Автор как бы ломает традиционные стереотипы, что называется, жжот нипадецки, до абсурда. Во всем этом есть какая-то Высшая Мораль, Высшее Мастерство и Высшее Искусство.
    С уважением, Юрий Тубольцев

  • Уважаемый Петер!
    дочитал повесть на одном дыхании.
    Впечатление смешанное: какие-то куски нравятся, а что-то кажется лишним. Но вопрос о сокращении и здесь остается актуальным.
    Я бы убрал квартирную эпопею в начале, она тут, как пятое колесо в телеге, затянуто и протокольно- скучно.
    И сексуальную сцену можно слегка сократить и убрать анатомические термины, как-то очень натуралистично здесь звучит ("головка полового члена"), как на приёме у уролога!
    Понравилась последняя заключительная часть с философским уклоном.
    Думаю, что после доработки и вычитывания текста Ваша повесть сможет получить более привлекательный облик.
    А пока
    Дружеский экспромт:
    Вся повесть из кусочков- лоскуточков,
    Как-будто лоскутное одеяло:
    Тут- люди, звери, мамы и сыночки,
    Банкет, котельня, дети-ангелочки,
    И фазотрон, и птицы на сучочке,
    И воробей, чтоб не казалось мало!
    И как в десерте- вишенка для кекса,
    Под занавес дано немного секса.

    Желаю и автору, и его многоликому детищу, Фёдору-
    УСПЕХОВ!
    Н.Б.

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 1 Фев 2017 - 6:04:26 Буторин Николай

Последние поступления

Новостные рассылки

Кто сейчас на сайте?

Вайнер  Ирина   Борисов Владимир   Крылов Юрий  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 3
  • Пользователей не на сайте: 2,212
  • Гостей: 262