Зенгер Петер

Белый пух крупными хлопьями падал с небес, то медленно пританцовывая, то лихо кружась в дыхании ветра. 

Федор обожал такое утро. Бело-пустынное. Люди – он стал их так называть – в такие дни появлялись из своих жилищ намного позже обычного. Ничто не препятствовало свободному полету, погоне за белыми мухами или головокружительному танцу в центре ползущего по замерзшей земле вихря.

Балансируя на кончике ветки и расставив крылья, он любил замирать в ожидании полной заснеженности, затем медленно планировать прямо в теплую отдушину в стене и вновь замирать. Прилипшие к нему хлопья сбегали прохладными капельками по перьям, заставляя его жмуриться от удовольствия. В заключение водной процедуры Федор, распушившись в пернатый клубок, стряхивал с себя последние капельки, оставляя на стенах отдушины рисунок в крапинку. Картина казалась ему доказательством его присутствия здесь и сейчас.

Металлический скрип двери подъезда и выскочившие из нее восторженные смех и гам обратили внимание Федора на новых участников утренней игры со снегом. Во дворе наконец-то появились те, кого он уже с нетерпением ожидал. Укутанные в толстые одеяния карапузики – именно такое наименование этих существ Федору запомнилось – одним взглядом определяли самое рыхлое и глубокое скопление небесной манны и с разгоном и пронзительным визгом втыкались в нее. Глядя на них, присутствующие мамаши, а иногда и папаши, – эти слова казались Федору добрыми и пушистыми – с веселыми криками валились или валили друг друга на белое покрывало по соседству с карапузиками. Тут начиналось всеобщее перекатывание, закапывание, натирание, оседлание. С ног до головы обеленные, они сами становились большими снежинками, увлекаемыми в круговорот белого танца под мелодию ветра, усыпанную смехом. Горящие ясным пламенем глаза заполняли все вокруг неуемным светом радости и свободы. Он был настолько чарующим, что людей во дворе становилось все больше. Даже те, что стояли у окон, как-то отрешенно улыбались происходящему и наслаждались редкой картиной.

Все в Федоре наполнилось могучим, требующим движения стремлением. Он летал между людьми, взвивался высоко в небо, разбивая на своем пути белые хлопья в тысячи снежинок, и падал камнем вниз, во двор, желая вдохнуть, впитать в каждую клеточку своего дико бьющегося маленького сердца царящую этим утром энергию.

Из последних сил добравшись до высокой ветки, он вдруг услышал знакомый ласковый голос:
– Феденька, что ж ты такое сегодня вытворяешь?!

 
~ • ~

Нагрянувшая как снег на голову Люда, услышав короткий рассказ, не могла успокоиться.
– Вот же сволочь! У-у-х-х, встретила бы, в морду плюнула! – Она быстро ходила взад-вперед по комнате со сжатыми кулаками и издавала что-то, похожее на рычание.
– Люд, присела бы ты лучше! У меня и так голова кружится.
– Извини, Проме! Но после такой ночки не усидишь. – Подруга опустилась на край кровати и взяла Ритины руки в свои. – Представляешь, ты звонишь, говоришь, что сбежала с праздника и все хорошо. Через минуту звонит Влад и спрашивает о тебе. Я ему отвечаю, что все хорошо. И, ты знаешь, слышу прямо, как он тяжело выдохнул и обмяк. Так, думаю, все ли там так хорошо. А ты телефон выключила. Благо сказала, что хочешь быть одна, а то я бы тут же к тебе прискакала.
Какое хорошее слово – подруга.
– Ты бы меня дома не застала. Я у Марии Яковлевны ночевала. Помнишь, я тебе рассказывала, как ее муж, дядя Степан, царство ему небесное, моим родителям вот эту квартиру на заводе выбил. Так вот, она и ее сын Саша … – В горле запершило.
– Ладно, не рассказывай! Ты и так сегодня много говоришь.
Обе прыснули и расхохотались.
– Слушай!
– Слушаю.
Опять смех.
Люде необходимо было доложить о чем-то очень важном, и Рита, сделав серьезное лицо, ждала.
– Сижу вчера дома. Ты на приеме. Поговорить не с кем…
Рита не выдержала, и обе опять покатились со смеху.
– Да подожди ты! – Люда собралась и продолжила: – Короче, решила доделать отчет. Сегодня утром захожу на работу. Воскресенье. Тишина. Я к себе в кабинет, включаю комп и… слышу звонок в дверь. Хочу подойти к двери, а тут шаги. Кто-то открывает и говорит: «Доброе утро, папа!»
Влад! Дальше передаю в прямой трансляции:
«Кому-то доброе. Иди, поговорить надо!» А голос – на грани.
Проходят к Владу. Дверь открыта.
«Ты пип о чем там вчера по пьяни с иностранцами трепался пип?»
Ну, пип – сама понимаешь. И такое – сыну!
«Не говори так со мной!»
«А как с тобой говорить пип прикажешь? Пип! Стукачам нашим меня на тарелочке с голубой пип каемочкой сдать решил? На мое место пип многие целятся. Все, что наработал пип, и меня за одним – к пип матери?»
«А есть чем гордиться?» Молчание. «Извини! Вырвалось».
Молчание.
«Да ты знаешь, кем бы ты без меня стал?»
Молчание. Такие тяжелые шаркающие шаги. И входная с треском захлопывается.
«Может быть лучше!»
Вторая дверь захлопывается.
Я ноги в руки и вон из офиса.

Рассказчица перевела дух.
– Что будет, не знаю. Но вижу, вечер у вас был явно не томным.

Висящий над входной дверью звонок что-то прохрипел.
Напрягшись – все тело было будто разбито – Рита села в постели.
– Люд, глянь, пожалуйста!

Дверь решительно открылась. На пороге стоял симпатичный молодой мужчина с кастрюлькой. Ожидавший увидеть другое лицо быстро промолвил:
– Здравствуйте, а Рита дома!
– Дома. Проходите, пожалуйста! – Люда изящно уступила дорогу и закрыла дверь.
Не дожидаясь церемонии представления, она подошла к симпатичному молодому мужчине, стоявшему с кастрюлькой посреди комнаты, и протянула руку:
– Здравствуйте, Саша! Рада познакомиться. Меня зовут Людмила.
Несколько оторопевший посетитель начал оглядываться по сторонам, поставил наконец-то горячую посудину на стол и ответил легким рукопожатием:
– Очень приятно. Но как вы мое имя... ?
– Женская интуиция. – Выразительно глянув на интересное лицо, Люда обратилась к Рите: – Ну, мне пора. Засиделась.
При этом замысловатые движения глаз выражали полное понимание ситуации. Люда наклонилась к подруге и поцеловала ее в лоб, нашептывая:
– Ты заметила, какие у него красивые руки и ресницы?
– Заметила.
– Значит, идешь на поправку.
– Там в сумке брюки, рубашка и туфли. Вещи получишь после стирки.
– Дарю. Как маленькую медаль за храбрость. Они, к тому же, к красному лучше идут, чем к черному.
Не принимая никаких возражений, Люда элегантно прошагала мимо симпатичного молодого мужчины к выходу.
– Счастливо оставаться!
И исчезла.

Пока девушки о чем-то шептались, Саша рассматривал стены, большей частью покрытые вырезками из журналов, изображающими знаменитые произведения искусства и архитектуры флорентийских мастеров. В глаза бросались Давид и Пьета Микеланджело, Санта-Кроче и Понте Веккьо. Все это прикрывало поблекшие обои и составляло резкий контраст к изношенной незатейливой меблировке. Посреди комнаты стояли небольшой деревянный стол с тремя стульями, впечатляющими своим рабочим стажем. За полуприкрытой дверью располагалась небольшая кухонька. Из малюсенького коридора с гардеробным шкафом фанерная дверь вела в ванную комнату. Свободные места на полках и на полу занимали книги.
Саша помнил, как бывал здесь в детстве вместе со своими родителями. Как она уехала учиться. Как вернулась. Как быстро ушли из жизни ее родители.

– Саша, я даже не знаю, как отблагодарить вас и Марию Яковлевну за все то, что вы для меня сделали!
Рита сидела в постели, укутавшись в одеяло, и смотрела на него. Лицо состояло будто бы из двух непохожих друг на друга половинок. Правая половинка светилась знакомой ему белизной. На левой красовался от скулы до крыла носа огромный синяк, местами с багровой каемочкой, местами с переходом в зеленоватый цвет.

Откуда-то из глубины вновь подымалось желание найти виновника. Она прочитала его мысли.
– Не думайте об этом! Я совершила поступок, который сама от себя не ожидала. И очень собой довольна.
Ее глаза всегда смущали его. Но в этот раз как-то по-иному. В них было тепло.
– Мама тут гороховый суп сварила. Вы, наверно, еще ничего не ели.
Помешкав, Саша достал из-за пазухи куртки кусок хлеба, завернутый в целлофановый пакет.
– Прихватил на всякий случай.
Переступил с ноги на ногу и вопреки желанию распрощался:
– Ну, я пойду. Если вы не против, я проведаю вас завтра после работы. – И поспешно добавил: – Кастрюльку заберу. А вообще, мы с мамой были бы очень рады, если бы вы к нам заходили почаще. – И, еще раз взглянув в ее глаза: – До свидания! Поправляйтесь!

На пороге комнаты Сашу догнало настоящее «Спасибо!».

 
Из старенького мобильника прозвучали кремлевские куранты. Люда обладала шестым чувством.
– Да, Люда!
– Так, на работу выйдешь, когда захочешь! В зеркало не смотрись! Скушай сейчас же все, что в кастрюльке! Завтра под вечер загляну. Чтобы еще раз увидеть этого симпатягу. Все!

Рита свернулась в калачик и, глядя на Давида, спокойно уснула.

 
~ • ~

Снился ей очень странный сон.

По спинке кровати расхаживал в глубоком раздумье воробей. Он время от времени останавливался, смотрел на нее, приподымая белое перышко над левым глазом, и продолжал ходить.

М-да, ответить на ваш вопрос о правильности выбора, прямо скажем, непросто. Здесь требуется глубокий анализ гендерных отношений, эмоционально-гормональной, интеллектуальной и физической совместимости.

Рассмотрим подход на основе классического и современного распределения ролей.

Предположим, эмпирические данные говорят об этом, что мужчина – голова, а женщина – шея. Упускаем гормональный период отношений – капающий кран и потребность в прокладке.

 
Вариант 1.
Романтическая стадия.
Голова любит шею. Шея любит голову. Они просто любят.
Шея не знает, куда нужно будет поворачивать голову. Не задумывалась.
Для головы, кроме шеи, вообще ничего не существует. Готова сделать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Голова неспособна решать задачи, куда бы шея ее ни повернула.
Шея сама начинает решать задачи.
Голова любит шею. Шея любит голову.

 
Вариант 2.
Романтическая стадия.
Голова любит шею. Шея любит голову. Они просто любят.
Шея не знает, куда нужно будет поворачивать голову. Не задумывалась.
Для головы, кроме шеи, вообще ничего не существует. Готова сделать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Голова неспособна решать задачи, куда бы шея ее ни повернула.
Голова любит шею. Шея перестает любить голову.
Шея отрывается от головы и начинает искать новую голову.
Голова падает и разбивается.

 
Вариант 3.
Романтическая стадия.
Голова любит шею. Шея любит голову. Они просто любят.
Шея знает, куда нужно будет поворачивать голову. Задумывалась.
Для головы, кроме шеи, вообще ничего не существует. Готова сделать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Шея поворачивает голову. Голова считает, что ее постоянно не туда поворачивают.
Голова перестает любить шею. Шея перестает любить голову.
Голова ищет новую шею. Шея ищет новую голову.

 
Вариант 4.
Романтическая стадия. Без романтики со стороны шеи.
Шея выбирает голову, которая, с большой вероятностью, способна решать задачи.
И, может быть, будет любить голову.
Голова любит шею.
Для головы, кроме шеи, ничего не существует. Готова делать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Шея поворачивает голову. Голова считает, что ее постоянно не туда поворачивают.
Голова перестает любить и ищет новую шею. Шея ищет новую голову.

 
Вариант 5.
Романтическая стадия. Без романтики со стороны шеи.
Шея выбирает голову, которая, с большой вероятностью, способна решать задачи.
И, может быть, будет любить голову.
Голова любит шею.
Для головы, кроме шеи, ничего не существует. Готова делать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Голова любит шею и решает все, куда бы ее ни повернули.
Шея терпеть не может слабовольную голову, отрывается от нее и ищет другую.
Голова падает и разбивается.

 
Вариант 6.
Романтическая стадия. Без романтики со стороны шеи.
Шея выбирает голову, которая, с большой вероятностью, способна решать задачи.
И, может быть, будет любить голову.
Голова любит шею.
Для головы, кроме шеи, ничего не существует. Готова делать все, куда бы ни повернули.
Постромантическая стадия.
Голова любит шею и решает все, куда бы ее ни повернули.
Шея любит голову.
Голова устает от шеи, отрывается от нее и начинает искать новую.
Шея вынуждена искать новую голову.

 
Вариант 7.
Романтическая стадия – см. Вариант 6.
Постромантическя стадия.
Голова любит шею и решает все, куда бы ее ни повернули.
Голова любит шею. Шея любит голову.

 
Вариант 8, редкий.
Романтическая стадия. Без романтики со стороны головы и шеи.
Головы выбирает шею, которая должна поворачиваться туда, куда голова скажет.
Шея согласна.
Постромантическая стадия, без романтической.
Голова говорит, куда ее поворачивать, и решает все задачи.
Голова начинает любить шею. Шея начинает любить голову.

 
Вариант 9, бывший редкий.
Романтическая стадия.
Голова любит другую голову или шея любит другую шею. Они просто любят.
Далее, вследствие отсутствия знаний и опыта, не рассматривается.

 
Остановка исследований.
Резюме: по причине отсутствия формулы любви и, таким образом, присутствия бесконечно большого количества вариантов, однозначный ответ на ваш вопрос невозможен, а любая попытка определения оного научным путем недопустима.

Спасибо за внимание!

 
~ • ~

На среду Ефим Григорьевич назначил встречу. Он желал ознакомиться с мнением своих сотрудников по проекту холодного ядерного синтеза и трансмутации ядерных отходов, с планом работ и полученными результатами. После разговора с Сашей он неоднократно возвращался мысленно к этой теме.

Мир искал выход из критического положения. Население росло и приближалось к семи с половиной миллиардам.

Ежегодно организация «Глобальная сеть экологического следа» объявляла Всемирный день перерасхода биоресурсов Земли, то есть день, на который человечество расходовало биоресурсы, рассчитанные, с учетом их естественной регенерации, на текущий год. Уже в середине 70-х организация указывала на то, что человечество переходит рубеж возобновляемости ресурсов Земли. В 1987 году Всемирный день перерасхода биоресурсов Земли пришелся на 19 декабря. В 2016 году – на 8 августа. Можно было исходить из того, что следующий такой день будет июльским.

«Всемирный фонд дикой природы» уже не раз писал: «Мы берем у нашей планеты больше, чем она может дать. И мы берем все больше и все быстрее. Мы тратим слишком много сырья, загрязняем слишком много воды, ловим слишком много рыбы, едим слишком много мяса, валим слишком много леса, производим слишком много углекислого газа. И все это слишком быстро!»

Исследование и разработка источников дешевой энергии, не имеющей следствием выброс углекислого газа или других опасных отходов, заслуживали внимания мирового общества и предоставления всевозможной поддержки их развитию.

Но повидавший жизнь ученый ясно видел те могущественные силы, которые еще не были готовы к новой энергетике. Нефтeдоллар хотя и регистрировал повсеместно по причине острой необходимости начавшийся поиск новых безопасных источников энергии, но очень неохотно и неповоротливо отпускал привыкшие к нему мозги правящих.

Ведущие физики были задействованы в проектах по термоядерному синтезу, поглощающих миллиарды долларов стран-участников, и, по понятным причинам, скорее отрицали возможность холодного синтеза. Попытка термояда зажечь солнце на Земле в очень сложных установках требовала времени, которого становилось все меньше.

Далее, следовало ожидать, что хаотичное появление локальных источников почти бесплатной энергии может обрушить мировую экономику. Разговор по скайпу со старым другом Жаном, работающим в Тулузе на фирме «Аэробус», подтвердил активный поиск и разработку электродвигателей для авиации. Локальный источник энергии был бы в данном случае лучшим решением. Но – снова это «но» – на примере автомобилестроения Жан указал на то, что быстрая замена двигателя внутреннего сгорания на крошечный реактор означала бы безработицу для огромного количества людей. А это опять же вопрос политический.

Следовательно, темой разработки холодного синтеза и его контролируемого внедрения должно было бы заниматься сообщество государств. Тут непреодолимым препятствием являлись ученые, привлекаемые в таких случаях в качестве консультантов. А профессура, дорожа своими делянками, не любила занимать рискованные позиции посредством смелых высказываний. Так Академия все еще не вычеркнула исследование холодного синтеза из числа лженаук. Надежды на то, что после морального и профессионального уничтожения пионеров холодного синтеза Филимоненко, Понса и Флейшманна и судебных разбирательств Андреа Росси с его инвестором мир резко повернет голову в сторону холодного синтеза, не было.

Когда этот момент наступит, зависело от того, как быстро человечеству станет больно.

Ефим Григорьевич четко понимал ограниченность возможностей развития такой технологии в стенах института. Он от всего сердца желал ребятам достижения результатов, позволяющих исходить из перспективности избранного ими научного пути.

За последние 25 лет Россия, если не считать оружия и водки, не подарила миру ничего, что вошло бы в быт как «made in Russia». В старческую голову закрадывалась какая-то комсомольская мысль. Ему очень хотелось гордиться своей родиной и ее людьми. Новая энергия и трансмутация ядерных отходов могли бы стать потрясающим подарком.

Ефим Григорьевич с нетерпением ждал среды.

 
~ • ~

Удивительно, но, досыта наевшись вкусного горохового супа с кусочками куриного мяса и вдоволь выспавшись, Рита не ощущала никаких других отрицательных последствий субботнего вечера, кроме зеленеющего синяка. Напротив, то мгновение на льду, полное одиночества и безысходности, пробудило в ней неудержимое желание жить. Любить. Дружить. Решать. Решаться. Бороться. Заботиться. Не молчать. Рядом были люди, которым она была небезразлична.

Отлеживаться дома, когда все сегодня же узнают о случившемся, было бы трусостью. А ее она считала одним из самых больших человеческих пороков.

Рита прямо-таки выскочила из постели. Быстро привела себя в более-менее терпимый вид. Встретив по пути из ванной висящую на спинке стула черную куртку, потерпевшую крушение в прибрежных кустах, не испытала чувства утраты.

Ей захотелось нарушить привычный распорядок рабочего дня и прийти на работу раньше обычного. Кофе, печенюшки и явление подруги-богини должны были состояться как всегда. Какая-то стабильность должна быть.

Быстро надев черные кроссовки и накинув свое вечное пальто в темно-серую клетку, новый человек поспешил на свежий воздух, чтобы вдохнуть его полной грудью.

До среды оставалось всего два дня, и к встрече с Ефимом Григорьевичем нужно было основательно подготовиться. С Сергеем и Мишей условились приходить на работу на час раньше. Выскочив во двор, Саша тут же остановился как вкопанный.

Перед ним стояла пышущая энергией девушка:
– Доброе утро, Саша! Как я рада вас видеть!
– Здррравствуйте… Рита, это вы? – ничего лучшего в голову не пришло.
Рита от души засмеялась и вступила в световой конус фонаря.
– Вы меня не узнали? Не беспокойтесь, я сама себя не узнаю. – Она решительно взяла его под руку, на которую - она это абсолютно точно знала - можно было с уверенностью опереться. – Пойдемте к остановке! Ваш 3-й сейчас подойдет.
Увлекаемый стихией, Саша с удовольствием не сопротивлялся.

 
На фонаре у остановки сидел Федор и разглядывал этих приглянувшихся ему людей. Ей однозначно хватило бы ума и такта умело поворачивать голову. А выражение смотрящих на нее глаз и волевой подбородок говорили о том, что он сделал бы все, что в его силах, чтобы видеть ее счастливой.

 
5-й подошел первым.
– Я с вами! – Саша опередил слова прощания и на этот раз сам увлек Риту в открывшееся отверстие автобуса. – На углу Горького выскочу. А там до института рукой подать.
Она радостно кивнула.
Устроились на поручнях заднего окна и молча наблюдали за фонарями, выскакивающими с крыши автобуса и зависающими гирляндой в темноте.
– А вам нравится Давид?
Лукаво улыбаясь, Рита тихо ответила:
– Да. Очень.
– И что в нем вам очень нравится?
– Ресницы, руки и попа. И именно в этой очередности.
– Но у него же с ресницами проблема.
– Я представляю себе ваши.
Его обдало жаром и задорным смехом. Саша любил, когда она смеялась. Ей нравилось видеть его смущенным. Он был таким чистым.

Под визг тормозов автобус остановился. Саша выскочил на тротуар.
– Хорошего дня! Я сегодня…
Автобус взревел и захлопнул двери.
Рита расслышала только «…кастрюльку».
Быстро вернувшись к окну, она кивала ему, а затем, показывая сначала на него, а потом на себя, изобразила чаепитие.
В ответ он показал на себя, а потом на нее, откусил от чего-то и облизнулся.

Рита видела Сашу, стоящего на остановке, пока автобус не свернул в поперечную улицу.

 
~ • ~

Сразу по прибытии в столицу Влад позвонил русскоговорящему помощнику Вальтера и попросил передать приглашение на завтрак. О переводчике он собирался позаботиться сам. Но в трубке вдруг послышался голос приглашенного, свободно говорящего по-русски.

В «Пушкине» Владу нравилось все, кроме цен. Но он подозревал, что ему все нравилось именно потому, что цены были именно такими, какими они были.

Теперь они сидели друг напротив друга в «Библиотеке», рядом с огромным напольным глобусом, уплетали «яишницу выпускную съ помидорами» и все еще посмеивались по поводу сюрприза, преподнесенного Вальтером своим знанием языка.
– Снимаю перед вами шляпу! – Рука со шляпой образно взметнулась в воздух. –Значит, предложение моего директора по безопасности не ускользнуло от вашего внимания.
– Нет. Но меня это почему-то не обеспокоило.
Молодой человек откинулся на спинку стула и с улыбкой посмотрел на своего делового партнера:
– Если бы он вас не прервал, что бы последовало?

Общение с этим ищущим себя молодым человеком доставляло Вальтеру удовольствие. К тому же, проявленный к его мнению интерес льстил его самолюбию.
– Ну, примерно так. Изюминка общения с русскими для мужчин-иностранцев без сомнения заключалась в знакомстве с любвеобильностью русских женщин. Изнуренным феминизмом своих соотечественниц жизнь дарила вдруг возможность столкнуться с классическим образом женщины. Признание первенства мужчины обволакивало душу теплом, повышало самооценку, придавало уверенности и расслабляло. Умелая игра чувств и эмоций – например, в виде милого каприза или эротического вызова – вышибала пробки. А искренние ласка и внимание открывали ворота сердца щедрости и любви.
Многие из коллег-бизнесменов, часто навещавших Россию, устроили себе райские гнездышки, хозяйки которых не только радушно встречали, но к тому же и хорошо готовили. Другие разбрасывались деньгами, наслаждаясь обществом милых красавиц. Бывали и случаи, когда поверженные стрелами русского Амура влюблялись и увозили аленушек на чужбину, оставляя иванушек на Руси.

Зависшее над столом на секунду молчание разразилось в неудержимом хохоте. Влад смеялся не столько от сказанного, сколько из-за выражения возникшего пред глазами лица Пупсика.
– Да уж. Думаю, что вечер закончился бы очень бурно. – Сквозь выступившие слезы он заметил, что Вальтер не смеялся, даже не улыбался, явно догадываясь о причине смеха. – Вы видите проблему в российском гендере?
Его собеседник оторвал взгляд от вазочки с вареньем из морошки.
– Я думаю, что это основная проблема России, да и не только ее. – Вальтер кашлянул, вытер салфеткой губы и устроился поудобней на стуле. – Если в стране, где в головах очень крепко сидят классические роли мужчины и женщины, у мужчины отобрать возможность исполнения роли кормильца, то женщина лишается роли устройщицы гнезда, полноценной матери и воспитательницы. И ищет другие пути. Даже миграционные. Последствия катастрофичны для обоих полов, детей, общества и страны.

Что-то во Владе протестовало против такого определения ситуации на родине:
– Но ведь то, что вы сказали об аленушках, касается абсолютного меньшинства русских женщин.
Начинающие блекнуть с возрастом глаза смотрели в молодые, умные и волевые, и радовались тому, что такие есть. Вальтер не намеревался углубляться в эту тему, приводя статистику и результаты опросов. И уж тем более не хотелось ему убеждать своего юного друга в чем-либо. И потому ответил просто:
– Да. Слава богу!
Влад усмехнулся:
– Вы не желаете говорить со мной о России, чтобы не задеть меня. Ладно. Но ваше мнение об отношениях между мужчиной и женщиной меня очень интересует. Говорите, если хотите, в общем. Я свое выберу.

Русский хотел услышать немца. Ситуации была не лишена оригинальности. Вальтер рассмеялся.
– Вы очень проницательны и любознательны. Ну что ж. – Одним глотком он опустошил чашку. – Независимо от страны, невозможность полноценного исполнения ролей ведет к потере обоюдного уважения и внимания и, следовательно, к развалу семьи. А ведь именно в ней, в семье, и только в ней, с активным участием отца и матери – подчеркиваю все И – может быть воспитан полноценный человек, которому можно доверить будущее.
Глядя в такие внимательные молодые глаза, Вальтер впервые за долгие годы почувствовал большое желание поделиться своими мыслями.
– Когда экономическая ситуация или неразумно завышенные личные потребности, а зачастую и то и другое, не оставляют родителям времени на воспитание детей, то их воспитанием тут же занимаются другие – картинками. Картинки рекламы на улицах. Картинки рекламы в телевизоре. Картинки рекламы в компьютере. Картинки рекламы на смартфоне. Картинки американского мусорного кинопроизводства. Картинки с кровью в мультфильмах и компьютерных играх. Порнокартинки. Из картинок складывается индивидуальная общая картина мировоззрения эгоиста-потребителя. А таковой обычно уже не готов создать семью. А если и готов, то у него-нее – по мере роста личных потребностей – остается все меньше времени для детей. Прогноз того, кто из этих детей выйдет, говорит о том, что даже развитые страны могут за пару поколений превратиться в страны недоразвитых. Но очень надежных потребителей. А если ко всему этому еще подмешать капельку психики коммуналки – зависть и недоверие, то возникает вопрос: можно ли в такой стране жить? На этот вопрос есть ответ. Нас уже снабжают очками виртуальной реальности, а вскоре начнут по доступной цене снабжать шлемами виртуальной реальности. И тогда к нам снаружи никто, кроме Покемона, не достучится. Сегодня мы теряем разумность. Приоритетность. Воспитываемый в нас извне – мастерами своего дела – эгоизм потребления заставляет, пока только порой, забывать, что жить – означает с людьми, а не с вещами.

Говорящий взглянул вопросительно на слушателя - не утомляет?
– Не слишком ли темно картину расписываете?
– Возможно. Радует только, что мыслящие ищут новые пути и роли.
– Совет?
– Свобода или нет. Удалить из жизни гадость, опасную для мозгов и души. Предложить качественные альтернативы для осмысленного заполнения свободного от работы и учебы времени. Ввести в старших классах предмет «Семья и дети». Пусть готовятся к жизни. Кстати, прекрасная общенациональная идея, которую уже так долго ищет ваш тезка. «Семья и Дети – будущее России». Придется, конечно, открыть сундуки. Ну, а если не хватит – вернуть краденое.
Оба невесело усмехнулись.

В очередной раз Влад ощущал ценность встреч с Вальтером. Она состояла не столько в количестве и правильности информации – кое о чем можно было поспорить – сколько в объемности взгляда на вещи, заставляющего пересмотреть привыкшее и нагнетаемое.
– А что же думает Запад о России? – этот вопрос волновал его, и он не мог его не задать.
– Я вам еще не надоел моими рассуждениями? – Вальтер попробовал морошку. – Какая необычная ягода. Она у нас, насколько я знаю, не растет.
Он смотрел на стоящий рядом глобус, словно подбирая правильные слова.
– В России, к сожалению, ситуация патовая.
В его глазах отражалась горечь.
– Еще буквально пару лет назад на Европу надвигался русский ажиотаж. Россия, казалось, становилась страной-партнером, сбросившей с себя шелуху прошлого. На бесчисленных семинарах и конгрессах россияне предлагали, к примеру, немецким предпринимателям среднего бизнеса – а именно в них мощь Германии – всевозможные выгодные условия для организации производства. Российские регионы проводили презентации. Я помню прекрасный прием для немецких предпринимателей в посольстве России в Берлине. Немецкие фирмы набирали в штат все больше русских немцев и евреев, живущих в Германии и обладающих знанием не только русского языка, но и менталитета. Кстати, это одно из существенных преимуществ Германии в отношениях с Россией. Многие фирмы были готовы последовать примеру крупных концернов, уже начавших производство в России.
Что-то очень хорошее воодушевило речь Вальтера и тут же улетучилось.
– На востоке Украины и в Крыму все закончилось. Я не хочу говорить о геополитических, экономических и прочих стратегиях Запада и Востока. Пацаны играют политику на давно устаревших инструментах. В то время, как перед миром стоят глобальные задачи, эти солисты никак не соберут оркестр. Ну, хотя бы струны на новые поменяли. Факт тот, что Запад не может поступиться своими моральными принципами, составляющими основу общества, и бескомпромиссно осуждает агрессию России. Царь и свита загнали страну в гремящий саблями изолятор. И что бы ни писали и ни показывали российские СМИ, вероятность того, что весь мир неправ, а Россия права, ничтожно мала.

– Вы назвали ситуацию в России патовой.
Завтрак затягивался. Этот молодой человек неспроста так настойчиво интересовался мнением иностранца о ситуации в стране. Очевидно, он прорабатывал какой-то вопрос, решение которого было непосредственно связано с предметом разговора.
– В жизни зачастую для действия очень важен выбор правильного момента. Англичане это так хлестко называют timing. Так вот, Царь этот момент упустил. Ему следовало уйти раньше. Сейчас этот момент для него готовят другие. Запад, преемники или бывшие соратники. И ему есть над чем подумать. А пат состоит именно в том, что уйти он уже не может – преемники порвут. И остаться не может – спасая свою шкуру, соратники сдадут. Захват территорий и определение нового внешнего врага – отличная, не раз испытанная медицина для умирающего диктатора. Если его народ склонен к имперским мечтаниям. Но она действует лишь ограниченное время. Если за это время в стране ничего не изменится к лучшему, то уход будет еще более неуютным. Так Москва и подступы к ней, где живет более-менее неплохо шестая часть населения страны, становятся бастионом. Все остальное передается в руки силовикам, полиции, гвардии и местным князькам. Я, правда, спрашиваю себя иногда, кому эти граждане России присягу давали – шайке или Родине, то есть народу. Тут стоит поразмыслить о более четком определении термина «предатель Родины».

Глаза Вальтера пробежались по стоящим на полках книгам.
– На фоне всего этого и непредсказуемости дальнейших действий российского руководства на Западе присутствуют опасения, а у соседей, имевших с Россией совместный исторический опыт, – даже боязнь. Интересно, как повернулась бы история, если бы он не совался в Крым и вообще оставил в покое Украину, а вместо этого подготовил Россию к вступлению в НАТО и ЕС.
– Интересная мысль. Вы действительно думаете, что боязнь обоснована?
Вальтеру пришла в голову наглядная картина, и он невесело ухмыльнулся.
– Представьте себе дом, в котором вы живете. Участок, вишня, забор. Все нормально. Но с некоторых пор, каждый раз, когда вы смотрите в сторону соседа, там в окне стоит хозяин в трусах и с автоматом в руках.
– А почему в трусах?
– Когда кроме трусов больше ничего нет – это самые опасные соседи.

Глотнув сока, Влад обратился к своему деловому партнеру:
– У меня есть к вам дело. Я собираюсь переехать в Италию. Поближе к Флоренции.
Глаза Вальтера выражали удивление:
– А как же ваша фирма?
– С фирмой все остается по-прежнему. Только генеральный директор сменится. Людмила Иванова, мой теперешний главбух. Вы ее знаете. Она сегодня уже лучше меня во всем разбирается.
– Так! И чем же я могу быть вам полезен?
Влад бросил взгляд на собеседника:
– Не беспокойтесь. Пока мой отец в администрации города, а его оттуда никто так быстро не вытеснит, все будет идти своим чередом. А если вдруг кто-то из высокопоставленных решит, что его отпрыску пора прибрать бизнес в свои руки, для вас навряд ли что-то изменится. Завод не будет менять производителя оборудования.
Очевидно, ему стоило некоторого усилия изложить именно этому человеку свое предложение. И он его скорее выпалил, чем высказал.
– Я прошу вас рассмотреть возможность сотрудничества с моей итальянской фирмой, готовой выступать в качестве консультанта по продажам вашего оборудования в России.
Некоторое время в «Библиотеке» царила тишина.
– Иными словами, вы предлагаете немецкой фирме, которой по закону Германии запрещено давать откаты, пользоваться для этого услугами итальянской фирмы в рамках контракта о предоставлении консультативных услуг?
Последовало четкое «Да!».
Пожилой немец как-то осунулся.
– Я подумаю.
Опять собравшись, после тяжелого вздоха, он обратился к человеку напротив:
– Вы меня ничем не задели. Просто я устал от всего этого. Извините! Каждый идет по избранному им пути. – И, глядя Владу в глаза, добавил: – Я в вашем лице видел одного из тех, кто в скором будущем мог бы помочь России.

 
~ • ~

Эластичные мускулы перекатывались при каждом упругом синхронизированном замедленном движении ног. Чтобы определить глазами точное расстояние, голова четко держала позицию на уровне плеч. Цель медленно приближалась.

Сидя на скамейке посреди двора, Федор делал вид, будто не видит подкрадывающегося Василия. В нужный момент он переместился на спинку и продолжал усердно смотреть в другую сторону. Затем он перебрался на ствол тополя Марии – на досягаемый для прыжка уровень.

Василий начинал нервничать. Переизбыток слюны мешал концентрации. Но охота продолжалась. До цели оставались пять мягких шагов и один жесткий прыжок.

В тот момент, когда этот прыжок последовал, Федор порхнул на метр выше, провоцируя Василия на несколько подтяжек по стволу. Все шло как по маслу. Василий завис. На высоте, с которой боялся спрыгнуть.

Пока висящий рядом Василий ошалело оглядывался и жалобно мяукал, Федор думал о Марии, Саше и Рите.
Какая прекрасная троица!

Слегка наклонив голову, он уделил внимание своему любимому сопернику.
Пора снимать!
Пролетев над черно-белой мордочкой, он заставил Василия отпустить передними лапами тополь, чтобы произвести последнюю попытку удачного завершения охоты.
Как и следовало ожидать, тело не удержалось на дереве и шмякнулось в сугроб.

С балкона первого яруса театра «У Тополя» Федор с интересом наблюдал, как Василий, сначала осторожно, а затем одним прыжком на сухую ступеньку подъезда, выбрался из пробитой в мокром снегу вмятины. Сейчас должно было последовать милое сердцу Федора поочередное отряхивание ног.
Вот и оно!

 
~ • ~

День был жизнерадостным.

У двери ее встретил дядя Семен. Увидев синяк, он забыл поздороваться. Приветствием стало короткое отцовское объятие. Он молча сопровождал Риту до самой лестницы, легко похлопывая ее по спине.

Еще опухшие губы приспособились и пропускали горячий напиток к кусочку печенюшки с шоколадом. «М-м-м-м-м-м-м» было все тем же. Может быть, чуть более продолжительным и радостным.

Хорошо знавшая свою подругу Люда не опоздала. Но сразу принялась отчитывать Риту за неразумность. Так, для порядка. Сквозь строгость просвечивала радость. Услышав, что вечером в гости заходить не надо, Люда многозначительно подвигала бровями.

Девчонки сначала не знали, как себя вести. Но довольно быстро определились и время от времени поглядывали на Риту с улыбками и подбадривающе. Света даже подошла и крепко обняла ее за плечи.

Когда в дверях с явным намерением подойти к ней появился Пупсик, Света, две Наташи и Ирина преградили ему путь. С кривой ухмылкой ему пришлось отступить. Такого в ее жизни еще не было. Рита встала из-за стола, подошла к своим защитницам, и, обнявшись в кругу за талии, они, как заговорщицы склонив друг к другу головы, тихо и гордо хихикали. Вышедшая из своего кабинета Люда сразу поняла, что только что произошло из ряда вон выходящее, вопросительно моргала во все стороны и присоединилась к ним. Тут смех неудержимо вырвался на свободу.

 
Смахивая пыль с книжек, Рита улыбалась этому дню. Все было так, будто кто-то провел уборку в ее душе. Она отчетливо видела все вокруг и саму себя. Откладывать жизнь на потом казалось самой большой глупостью.
Глаза остановились на Давиде, и она нарочито громко обратилась к нему:
– Ну что, друг мой, скажешь? Грезится мне, что наша встреча откладывается на неопределенное время.

Все было прибрано, убрано, помыто, поглажено, одето и накрыто. На белой маминой скатерти стоял расписной темно-зеленый самовар, полученный папой в подарок от старого друга из Тулы. На нем рыжая белка прыгала по веткам, усеянным круглыми красными ягодами. Сверху грелся еще пустой белый советский чайник с красными маками и ждал заварки. Почти новый чайный сервис того же дизайна, появлявшийся раньше на столе только в особых случаях, стоял по местам. Холодные бутылки с водой и лимонадом запотели. В стеклянной вазочке резвились белочки с орешками на фантиках ее любимых конфет «Грильяж». Разглядывая все это убранство, Рита смеялась: «Чет-то уж очень много красного и рыжего!»

Она то садилась на стул, то вставала и в десятый раз подходила к зеркалу стоявшего в коридоре шкафа. Купленное совсем недавно в женском порыве кремовое платье, ломающее все финансовые планы, неожиданно очень даже пригодилось. Без рукавов, с изящным скромным вырезом, оно достаточно плотно облегало и заканчивалось, чуть-чуть не достигая колен.
Рите повезло – вырез завершался вытянутым вниз небольшим треугольником из темно-синего материала в гармошку. Так что черные Людины туфли прекрасно сочетались с остальным. Она повернулась спиной и изогнулась, чтобы рассмотреть себя сзади. Все хорошо.

Подойдя совсем близко к зеркалу, Рита взъерошила обеими руками копну непокорных локонов и внимательно осмотрела лицо. Полное отсутствие косметики совсем не мешало. «А зеленеющий синяк даже к глазам подходит!» – сказала она лицу напротив и показала ему язык.

Кашель дверного звонка буквально подкинул ее на стуле. Она бросилась было открывать, но вовремя остепенилась и, одернув платье, почти спокойным шагом подошла к двери.

За ней стоял мужчина в черном костюме и белой рубашке. В одной руке он бережно держал алую розу, обернутую в поблескивающую прозрачную пленку, а в другой – угловатый бумажный пакет. Свежевыбритое лицо, освещенное улыбкой. Темно-синие глаза пытались охватить ее всю сразу.
– Ну, как я вам? – гость прервал заминку на пороге.
Захотелось ответить: «Очень!», но, вспомнив утренний разговор о Давиде, Рита мгновенно решила, что такой ход был бы для начала их знакомства неправильным, и виновато-торопливо произнесла:
– Саша, ну что я за хозяйка! Держу вас в дверях. Входите, пожалуйста!

Одного взгляда было достаточно – она готовилась и ждала его. С еще более радостной улыбкой он повернулся к следующей за ним хозяйкой и протянул розу слегка дрожащей рукой.
– Рита, вы просто сногсшибательно выглядите!
Испугавшись вдруг собственной смелости, он смутился. И не только он один.
Взлетевший вверх и простертый к ней пакет должен был выровнять волнение.
– А это то, что обещал.

Рита приняла и то и другое.
– Спасибо! – И, прижимая к груди розу, поспешила на кухню: – Я сейчас.
Из кухни донеслось:
– Саша, присаживайтесь! Я быстро.

Побег на кухню был необходим. Глаза наполнились влагой. Ей еще никто никогда не дарил роз.

Рита вышла из кухни с улыбкой.
– Ожидая вас, я думала, не слишком ли много красного в комнате. А вы еще добавили.
Она поставила вазу с розой на стол вблизи своего места и осторожно поправила цветок.
Саша отвлекся от картинок на стене:
– А мне нравится.

– Саша, пожалуйста, присаживайтесь! – Рита залила насыпанный в металлическое ситечко черный чай кипятком и водрузила чайник на самовар. И на секунду исчезла на кухне, чтобы вернуться с большой тарелкой для пирожного.
– И для кого вы набрали столько эклеров? – наигранно пожурила она его, ставя на стол умело смешанное по цветам глазури восьмизначное ассорти. – Подумайте о моей фигуре! Хотя, честно говоря, вы попали в десятку. На эклерах я могла бы жить.
– Вашей фигуре, я думаю, ничего не грозит. Как сказал бы Бегемот, - нет ничего более страшного, чем то, что гости не доедают. Я точно три штуки слопаю.
Они оба рассмеялись.

Шоколадная глазурь доминировала. Рита, задержавшись с выбором, посмотрела на Сашу. Он показал пальцем на шоколад. Эклер тут же переместился на его тарелку. Шоколадные ей тоже нравились.

Разлив чай по чашкам, Рита опустилась на стул и сразу отведала выпечки. В таких случаях она считала, что для полноты ощущения порция вкуснятины должна быть достаточно большой, чтобы вкус, обоняние и осязание сработали одновременно. Над столом зависло знакомое ей «М-м-м-м-м-м-м-м».
Смеяться с полным ртом тяжело. Поэтому смеялись глаза.

Лакомясь эклером, Саша наслаждался обществом этой необыкновенной радушной девушки. Теперь, узнавая ее ближе, он чувствовал себя с каждой встречей увереннее. Ему хотелось побольше узнать о ней.

– Саша, расскажите, пожалуйста, немного о себе. – Рита вытирала салфеткой уголки рта. – Чем вы занимаетесь? Как живете? Вы ведь работаете в институте, где Мария Яковлевна раньше работала?
– Да. От мамы я унаследовал интерес к науке. А остальное довольно однообразно. Учеба в вузе. Воспользуюсь случаем похвастаться – закончил с отличием. Ну, а тут в институте маму еще не забыли и потому, наверное, и взяли меня на должность научного сотрудника.

Рита внимательно слушала и рассматривала черты его лица. Короткие темные волосы обрамляли молодое лицо, уже с легкими следами прожитого. То появляющиеся, то исчезающие складки оставили на широком лбу едва заметные морщинки. Под тонкими густыми бровями светились темно-синие глаза, моргающие длинными красивыми ресницами.

Чувствуя пристальный взгляд, Саша поспешил завершить свое повествование:
– В свободное от работы время занимаюсь немного гантелями. Бегаю. Правда, не регулярно. Маме по хозяйству помогаю. И читаю. Просвещаюсь. По ресторанам не хожу. Разве что иногда в баню с ребятами. Крепких напитков не потребляю. Но красное вино в компании люблю пригубить.

Саша улыбнулся Рите:
– Теперь вы обо мне все знаете.
– Все не все, а осенью я вас случайно в окне с обнаженным торсом и гантелями видела. Только вы, увидев меня, так быстро исчезли, будто упали.
– Это говорит только о том, что в план моих занятий с гантелями с голым торсом не входит дежурство в окне в ожидании появления симпатичных девушек, – смущенно улыбаясь, произнес он.
Она опять смеялась. От души. Легко и свободно. А он непрост – мелькнуло у нее в голове. За фасадом скромности и сдержанности чувствовалась сила.

– А как насчет будущего, желаний и мечтаний? Если не секрет.
С ответом Саше пришлось повременить. Сначала он хотел ответить какой-нибудь цитатой. Но ее открытость и душевность заслуживали услышать правду. И он, подняв голову и глядя ей в глаза, произнес:
– Я мечтаю встретить девушку, которая бы коснулась моего сердца. А все остальное будет от нее зависеть.
Смущение было теперь ее долей. Его откровение здесь, за этим столом, было до того однозначно, что Рите пришлось заглянуть в себя. И, стараясь ничем не приуменьшить значение этого мгновения, она тихо промолвила:
– Я уверена, что вы такую девушку встретите. Только не торопите события. Все придет само по себе.

Этой маленькой капли надежды было достаточно, чтобы Саша выбрался из короткого оцепенения, и, уже опять улыбаясь, он обратился к ней:
– Теперь вы! Как Флоренция попала в эту квартиру?
Все еще не совсем пришедшая в себя Рита обвела взглядом стены комнаты.
– Это короткая история. И вы ее услышите первым.

Их глаза встретились и установили, что сегодня вечер откровений.

– Все началось с «Пиковой дамы». Еще учась в вузе, я однажды через подружек получила бесплатный билет в оперу. Она меня поразила, и я прочитала о жизни Чайковского все, что нашла. Узнав, что «Пиковая дама» написана во Флоренции, я начала интересоваться этим городом. И влюбилась в него. Заочно.
Она рассказывала ему историю Флоренции. Как поднимались в обществе будущие правители города – семейство Медичи. О Козимо Медичи Старом и его внуке Лоренцо Великолепном, которые, стремясь сделать город центром искусств и просвещения, способствовали такому бурному развитию живописи, архитектуры, скульптуры, философии и наук, что Флоренцию по праву называют колыбелью эпохи Возрождения.
Ее глаза горели восторгом, когда она называла имена таких мастеров как Брунеллески, Джотто, Липпи, да Винчи, Боттичелли, Вазари и Данте, чья «Божественная комедия» не только одно из величайших произведений литературы, но и основа современного итальянского языка.

Не отрывая глаз от слегка порозовевшего лица, вдохновенность которого излучала очаровывающий нежный свет, Саша, затаив дыхание, слушал Риту и любовался ею. Тонкие руки возводили перед ним мосты через Арно и изящные палаццо, уносящиеся в небо церкви и затейливые сады. Они объясняли ему композицию «Весны» Боттичелли. И стали вдруг плавными и внимательными в своих движениях, когда она приблизилась к Давиду.
– Представьте себе, Микеланджело было всего 26 лет, когда он приступил к работе над Давидом. Книга Самуила. Поединок Давида с великаном Голиафом. Левая рука юноши с заряженной камнем кожаной пращей на плече. Спокойная сосредоточенность. Определение действий. Глаза внимательно следят за происходящим. Мускулы шеи слегка напряжены. Но тело еще расслаблено, словно в ожидании того момента, когда его сила должна будет излиться в то одно движение, низвергающее кажущегося непобедимым противника.

Она стояла у стены, лицом к Давиду. А Саша замер у стола и едва совладал с неистовым желанием броситься к ней.

Буквально осязая всем своим телом этот порыв, Рита быстро, не глядя на него, прошла к столу.
– Мне хочется вот этот с белой глазурью попробовать. Саша, а вам какой положить? – Ее руки волновались и должны были чем-то заняться.
– Я, пожалуй, повторю шоколадный, – выдавил он из себя слегка охрипшим голосом, проклиная свою сдержанность.
Справившись с чайником и чашками, Рита заняла снова свое место.
– Саша, извините! Как говорится – тут Маргариту Васильевну понесло.
В ответ он громко воскликнул:
– Нет, что вы! Вы подарили мне своим рассказом нечто такое прекрасное, что у меня не хватает слов это описать.
Ее глаза светились искренней радостью.
– Кстати, Чайковский в 1878 году жил и работал в вилле Бончани, которую ему предоставила его меценатка Надежда фон Мекк. Они лично так и не познакомились, а только переписывались в течение многих лет.
– Поразительно! Если бы не было женщин-меценаток, мир никогда не познал бы великолепие и красоту творений многих поэтов, композиторов, писателей и художников.
– Но не следует забывать, что они в большинстве случаев для своей благотворительности использовали состояния, сколоченные их мужьями.
Саша с улыбкой принял дополнение.

– В общем, я до совсем недавнего времени жила мыслью поднакопить денег и уехать навсегда во Флоренцию. – Рита отпила глоток чая. – Теперь вы обо мне тоже все знаете.
– Что изменило ваши планы? – Саша пристально смотрел на нее.
В ответе звучали откровение и доверие:
– Ночные прогулки и разговоры с настоящими людьми вправляют мозги. Я решила не откладывать жизнь на завтра.

Наступившее молчание прервал Саша:
– После вашего рассказа я когда-нибудь обязательно навещу Флоренцию. Хотя бы на пару дней.
Рита вскочила со стула.
– Вы это серьезно? Без шуток? А вы меня с собой возьмете? Я уже немного накопила. – И, рассмотрев в его смеющихся глазах «Да!» на все ее вопросы, она закружилась по комнате, крепко прижав руки к груди и издавая звуки, похожие на свистки паровоза, стоящего под паром.

Они оба умели слушать и слышать. Потому, когда было решено отложить дальнейшее планирование поездки и финансов, было уже далеко за полночь и совершенно все равно, когда этот план свершится. Он обязательно свершится.

У них теперь было первое общее драгоценное и необычайно красивое слово – Флоренция.

 
~ • ~

Старая настольная лампа с желтым абажуром изобразила на потолке огромное солнце. В нем светились его глаза. Рита тихо улыбалась им. Что-то неимоверно большое и захватывающее дух открывалось в ней.


~ • ~

В одном Федор по-хорошему завидовал этим большим птицам: они умели движением уголков губ – так у них назывался клюв – мгновенно выразить все то, что творилось в душе. Ему особенно нравилось, когда губы растягивались одновременно в стороны и немного к ушам. Они величали это улыбкой. А пиком блаженства была радостная свирель души, иногда раздающаяся сквозь улыбку в самых различных интонациях и мотивах.

Он попробовал приподнять уголки клюва. Неприятный щелчок где-то в голове, у уха, прервал благое намерение. Не дано, установил Федор, снялся с ветки и, сделав разгонный круг по двору, буквально влетел в свою квартирку.

                                                (Окончание выйдет сегодня позднее)

 


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Дорогие островитяне!
    Через 4 дня вернусь и откликнусь.
    А пока - СПАСИБО!

  • Такое сочетание разных жанров и стилей в одной повести называется эклектикой, а стиль повести - постсовременным, ультрасовременным, постмодерным. Наличие иронии и сарказма - также основной принцип современной живой классики. Повесть производит хорошее впечатление. В ней описан один из наилучших из возможных литературных миров из современной литературной вселенной. Художник виртуозно творит своих героев, а герои создают глубокую литературную реальность. Тематика, стиль и жанр повести - передовые, автор пишет ее с новаторством и энтузиазмом. Читатели не прогадали, что взялись читать такое длинное по сетевым рамкам произведение. Эклектика - это продукт, в котором сочетаются разные, зачастую прямо противоположные друг другу стили и жанры. И современным литературным критикам по душе именно такие работы, мы и ожидали увидеть нечто совершенно иное, более новое и новаторское, в новом духе, как творят пионеры, первопроходцы, первооткрыватели новых жанров. Я думаю, этой повести будут выставлены выские оценки пост-фактум, мы не бросим ее чтение как это часто бывает с гордо поднятым скворечником и сморщенным носиком через пять минут после начала прочтения.
    С уважением, Юрий Тубольцев

  • Уважаемый Петер,
    я целиком согласен с мнением г-на Владимира Борисова о сокращении этой повести до размера нормального рассказа. Конкретно: можно сократить сцену со снегопадом и карапузиками до 2-3 фраз, затем сократить приход подруги, убрать сон и варианты "Голова-Шея"- пересказы повторные мало что дают, это - претензия на оригинальность- философствовать вслух, но неискушенный читатель может просто отвернуть и "шею, и голову" от повести! Я не уверен, что благодарные читатели будут в большом восторге от ТАКОГО сна Риты. Вы сами представьте этот текст глазами Гоголя или Чехова! В повести и без того немало интриг, перескоков в пространстве и во времени, то звери, то птицы, то птицы, то люди. Дай бог читателю бы с этим разобраться, пережевать и проглотить. И вдруг ко всему этому в довесок появляется кроссворд про головошеее (3 "е") уродство, который автор и сам пожалуй с трудом может расшифровать. Автоматически читатель задаёт заочный вопрос автору: "А это ещё зачем?" А к читателю нужно относиться бережно, с уважением, и желательно не испытывать его терпение и нервную систему экспериментами.
    Но вот дальше произведение читается несколько вразумительнее, скорее всего, автор достаточно над 2 частью поработал: предложения связанные, слова разложены по полочкам.
    Но иногда встречал неудачные неуклюжие фразы типа:
    -до совсем недавнего времени жила мыслью поднакопить денег и уехать навсегда в...
    И ещё вопрос про "холодный ядерный синтез"- я читал где-то, что это такая же утопия, как создание вечного двигателя. Так ли это?
    Желаю Вам, уважаемый Петер, двигаться в направлении сокращения, ну и прислушиваться к мнению коллег - думаю, что-то дельное здесь есть.
    Н.Б.

  • ...Если отбросить массу ненужных красивостей, описательств и прилагательных, повесть сократится до размера нормального рассказа. И вот над этим, сокращенным по максимуму рассказом уже можно и нужно работать. С прибытием Вас на сайт и успехов...Вл.Борисов.

  • Петер!
    Продолжаю знакомиться с Вашим творчеством. Всегда, встречая нового автора, ищу, чем восхититься, а не к чему придраться. )) В Вас восхищаюсь необычностью и личности и творчества. Конечно, СЕЛФ-МЭЙД, даже ВОПРЕКИСТ. Все туда, а он оттуда! Офигеть!
    Сюжет захватил еще больше. Многое совпадает в мировосприятия.
    О языке, стиле. Ненавижу "вычурные красивости" при примитивном содержании. Это как евроремонт в хрущевке с барельефами, колоннами, лепнинами...
    У Вас странности, необычности... Но очень красивые, не вычурные, не пафосные. Вкусные.
    Ваш текст поэтичен. Понятно, переводы Рильке.
    О мелких огрехах. Они обычны. Штампы. Если ноги - то стройные. И т д.
    Тоже борюсь. Не всегда получается. ))
    Делюсь. Пишу по наитию. Потом читаю вслух. Сразу ясно, бьется пульс или пробирается текст сквозь красивости. Жестко отсекаю. Но я новичок. Интуицией делюсь. ))
    Вами восхитилась!

    Комментарий последний раз редактировался в Среда, 1 Фев 2017 - 16:20:36 Алекс Марина
  • Легко быть критиком, тяжело – писателем. Но сегодня хочу более строго подойти к работе и показать неудачные моменты.
    Первое, Петер, чтобы читатель поверил автору, проникся повествованием, нужно не терять причинно-следственные связи. Например,
    1.Люди – он стал их так называть ( возникает вопрос: «А раньше как они назывались? Неужели Фёдор первый в этом мире «людей» начал называть «людьми»)
    2.Стоит избегать мудрёных предложений.
    «Картина казалась ему доказательством его присутствия здесь и сейчас».
    3.А вот строчки, в которых стоило бы сделать генеральную уборку и выкинуть слова, которые как будто попали сюда из научного доклада.
    Укутанные в толстые одеяния карапузики – именно такое НАИМЕНОВАНИЕ этих существ Федору запомнилось – одним взглядом ОПРЕДЕЛЯЛИ самое рыхлое и глубокое СКОПЛЕНИЕ небесной манны и с разгоном и пронзительным визгом ВТЫКАЛИСЬ ???( попробуйте это представить и сразу захочется найти другое слово) в нее. Глядя на них, ПРИСУТСТВУЮЩИЕ мамаши, а иногда и папаши, – эти слова казались Федору добрыми и пушистыми – с веселыми криками валились или валили друг друга на белое покрывало по соседству с карапузиками.
    И опять же, возникает у читателя вопрос: « Почему наименование «карапузики» запомнилось? Где он это слышал? Или сам придумал, как про людей?» Дальше по содержанию со словом «валились или валили» полная логическая путаница.
    НЕТОЧНОЕ СРАВНЕНИЕ:
    Тут начиналось всеобщее перекатывание, закапывание, натирание, оседлание. С ног до головы обеленные, они сами становились большими снежинками… ( Снежинка – что-то лёгкое, пушистое, небольшое,юное и девичье...А после таких игрищ это уже не снежинки, а снеговики какие-то)
    Большая ошибка начинающих авторов, это желание сказать очень красиво, витиевато… В итоге предложение обвешивается ненужными бантиками, рюшками и выглядит в итоге беспомощным, а события в нём наигранными. Сама через это проходила ))
    А странный сон вообще нас уводит из художественного произведения непонятно куда…
    «Предположим, эмпирические данные говорят об этом, что мужчина – голова, а женщина – шея. Упускаем гормональный период отношений – капающий кран и потребность в прокладке.»
    Честно, не настраивалась читать научные доклады!
    Думаю, повествование должно идти в одном русле. Подобные оригинальные повороты делают рассказ весьма странным и на большого любителя.
    Вот такие мои субъективные впечатления… Надеюсь, они хоть чем-то помогут Вам, уважаемый Петер.

    Комментарий последний раз редактировался в Вторник, 31 Янв 2017 - 20:43:03 Демидович Татьяна
  • Господа,
    по просьбе читателей выставляем 2 часть повести про Федора и др. лит-героев.
    Приятного чтения,
    Администрация

Последние поступления

Новостные рассылки

Кто сейчас на сайте?

Вайнер  Ирина   Борисов Владимир   Крылов Юрий   Тубольцев Юрий  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 4
  • Пользователей не на сайте: 2,211
  • Гостей: 206