Андреев Олег

  Такси уже стояло возле дома, когда шестидесятипятилетний высокий мужчина вышел на улицу. Весеннее солнце радостно и ярко приветствовало его с безоблачного утреннего неба, одарило щедрым теплом.

  Таксист вышел из машины и широким жестом открыл перед пожилым клиентом дверь:

   – Доброе и прекрасное утро, господин Браун.

   – Славное сегодня утро, – как можно приветливее поддержал разговор Семен, хотя в душе больно скребли кошки.

   – Мигом домчим до клиники, – догадался опытный таксист о состоянии пассажира и надолго замолчал, давая возможность тому самому купаться в своих мыслях.

  Семен благодарно кивнул и принялся смотреть через боковое окно. Скоро наступит июнь. Зелень вдоль дороги уже радовала взгляд сочным салатным здоровьем. Поля за извилистой речкой удивляли аккуратными темно-зелеными взошедшими посевами и черноземными заплатами отдыхающей в этом году земли.

  «Словно по линейки отмеряли», – подумал Семен и снова переключился на свои проблемы.

  От здоровья до болезни очень тонкая грань, всем говорил он теперь. Когда заболел первый раз раком кишечника, ему стукнуло пятьдесят четыре года. Тогда очень не хотелось умирать. Рано! Хотя бы еще десять лет господь добавил, молил он. Потом сделали две тяжелые операции, шестимесячная химиотерапия почти сразу после них. И в благодарность за муки одиннадцать лет спокойной жизни. Болезнь, казалось, отступила. Жена перестала беспокоиться, и он сам уверовал, что выскочил из страшной ямы. Дочь вышла замуж за это время, внука с внучкой родила. Живи мужик и радуйся жизни!

  Последние шесть месяцев мучил кашель.

   – Иди к врачу, – говорила ежедневно жена. – Пускай посмотрят, что там.

   – Да пустяки, простыл, – отмахивался Семен. – Меня же каждые полгода обследуют на рак.

  Однажды пришла одышка. И мужчина понял, что нужно отправляться к терапевту.

  Рентгеновский снимок показал затемнение в обеих легких.

   – На ногах перенес воспаление, вот и результат, – сказал жене Семен, когда лежал уже в больнице.

  Тоже самое сообщил и лечащему врачу, но тот деликатно промолчал и отправил на компьютерную томографию с применением радиоактивных молекул.

  Результат был ошеломляющим. В правом легком вода, в левом – метастазы, в печени пятисантиметровая опухоль даже, лимфоузлы в щитовидке и с горошину образование на шее.

   – Рецидив рака кишечника, – сделали заключение врачи, исследовав пробу из печени. – Думаем, что поможет только химиотерапия.

  Из правого легкого откачали больше трех литров воды. Даже удивительно, что столько мужчина носил в себе лишнего груза и почти не замечал этого. Но еще больше поражало, что немецкие врачи, получается, просмотрели метастазы. Основную опухоль в толстой кишке удалили давно, а разрастающиеся от нее образования в других органах не заметили вовремя.

   – Нас удивляет, что рецидив наступил так поздно. Это впервые в нашей практике, – как мог, объяснил онколог клиники.

  Мужчина ничего не ответил на это. Ему было все равно – поздно или рано вернулась болезнь. Она грозила уложить его в этот раз окончательно на лопатки. А так не хотелось прерывать привычный ритм жизни. Здоровый пока организм не замечал заложенных внутри бомб, продолжал радоваться всему. Это не просто было осознать, что нет способов лечения опухолей. Они разрастутся и погубят мужчину в ближайшее время.

   – Если поддамся, – зло усмехнулся Семен. – Поборемся еще, а там видно будет. Ничего не поделаешь, если суждено умереть все же сейчас.

   – Приехали, господин Браун! – голос таксиста вывел мужчину из задумчивости. – Позвоните нам, когда нужно забрать вас.

   – Да, спасибо, после обеда освобожусь, не раньше.

  Семен Иванович выбрался из «Мерседеса» и через стеклянные двери вошел в клинику. Минут пять шел по просторным коридорам до дневного онкологического отделения. Он сорвал в автомате перед дверью листок очереди и стал ждать, когда загорится на табло его номер, чтобы войти внутрь.

  Молодая медсестра за стойкой приветливо поздоровалась:

   – Доброе утро, господин Браун.

  Она что-то пометила в листке и спросила:

   – Вам предоставить кресло или желаете получить лежанку?

  Процедура у мужчины всегда затягивалась на шесть-семь часов. Он пробовал в кресле проводить время и очень устал тогда.

   – Мне бы лежанку, – ответил Семен.

   – Номер двенадцать, – медсестра приклеила к его папке истории болезни его номер и положила в секцию для больных, прибывших к лечению.

  Семен отправился к своему месту, по пути здороваясь с пришедшими раньше его больными. Половина мест было свободно, но люди подходили. Вскоре все раскладывающиеся кресла были заняты.

  Напротив устроились две молодые женщины не больше сорока лет. Они с виду казались спокойными. Одну сопровождал муж. И на его лице можно было прочесть отчаяние. Сразу было заметно, что он не мог спокойно принять болезнь жены.

 Рядом с Семеном ворковала пожилая пара. Жена удобно лежала на топчане. Муж ежеминутно поправлял одеяло на ней. Затем сходил и принес на тарелке два кофе с булочками. Полная семейная идиллия на завтраке, если забыть диагноз женщины.

  Семен не любил, чтобы его сопровождал кто-нибудь, предпочитал переживать в одиночку. Да и не хотел отнимать время у жены. Это его участь целые дни проводить под капельницами. Зачем женщине наблюдать на длительную процедуру, рисуя в голове мрачные картинки? Она и так, поди, переживает.

  Медперсонал в клинике понимал, какие пациенты находились здесь. Они никогда не грубили, разговаривали с больными вежливо и тепло. Такая атмосфера обслуживания несколько скрадывала незавидное положение пациентов. Не все из них доживут до следующего года. Как минимум половина покинет земной мир, уйдет навсегда. Но об этом лучше не думать часто. Каждый надеялся на благополучный исход.

  Химиотерапия по своей сути есть отравление организма. Для этого больного напитывают отравляющими веществами от кончиков волос на голове до ногтей пальцев на ногах. Так объяснил лечащий врач мужчины. Ядовитые компоненты подаются через специально вшитый порт непосредственно через вену в сердце, чтобы оттуда равномерно разносились по всему телу. Эти вещества убивали не только злокачественные клетки, но и хорошие. В таком состоянии Семен должен находится шесть месяцев. Рвота, понос, головные боли и отвратительное общее состояние сопровождало отныне неслабого от натуры мужчину, отбирало силы и душевное равновесие. Правда на все сопутствующие недуги пациент получил таблетки. Приходит тошнота – прими по приложенной схеме лекарство. Живот расстраивается – помогут другие таблетки или пилюли. Все отработано в клинике годами лечения.

  Очень важно в такой период жизни занять себя чем-нибудь, чтобы не думать о страшной неизлечимой болезни и возможной смерти. Не все люди стойко переносят свое положение. Некоторые ломаются и бьются в истеричном плаче. Тогда подключаются психологи, терпеливо работают с ними, убеждают, что не всегда болезнь заканчивается трагично. Но больше помогают успокаивающие таблетки.

  Семен выпросил такие у врача, надеясь, что лекарство поможет не думать о недуге. Но мужчине не понравилось новое состояние после приема таблеток. Все ночь проспал хорошо, но на следующий день был вялый и сонный. Мужчина решил не пользоваться больше этими таблетками, самому справляться со своими проблемами. Он снова начал заниматься литературой, писал рассказы. Это его отвлекало, время проходило незаметно. Но голова работала не очень хорошо, что-то мешало продумывать все детали сюжета, и Семен прекратил сочинять прозу.

   – Если будет хуже, то средств много сейчас, чтобы прервать трагическое течение жизни, – решил он. – Только нужно запастись нужными веществами, пока еще нахожусь на ногах.

  Бог осуждает самоубийц. Мужчина знал это, но мысль о том, что можно в любой момент прервать ожидание скорой смерти, избежать мучений, успокаивала, давала надежду избежать нервных срывов. Ему не хотелось, чтобы родные видели его слабость. Он был уверен, что в самом трагичном развитии болезни, не выдержит ожидания, сорвется и наделает глупостей.

  Ему и так было иногда очень плохо. Семену удавалось скрывать свои страхи и отчаяние пока. Но долго ли? Душевных сил становилось все меньше.

  Болезнь не отступится со слов врачей, ее можно лишь придержать. Она пока ошарашена химической атакой. Россыпь новых образований уменьшилась даже. Но придет время и ее торжества. Когда-нибудь болезнь приспособится и не будет реагировать больше на психические атаки отравляющих веществ. Тогда не жди ни пощады, ни помощи ни откуда. Твои дни сочтены. Врачи станут только сопровождать пациента до смерти, не в состоянии ничем помочь ему.

  От такой мысли мужчина закрыл глаза и с трудом сдерживал увеличивающийся ритм сердца, стремящемуся, как захлебывающийся топливом двигатель, к неуправляемому разносу.

   – Господин Браун! С вами все в порядке? – чья-то рука легла на плечо мужчины, и Семен открыл глаза.

  Рядом стояла врач, приятная стройная золотоволосая молодая женщина. От нее исходила надежда. Она пытливо рассматривала пациента и улыбалась, казалось, всеми веселыми и забавными веснушками на лице:

   – Как вы себя чувствуете?

   – Хорошо, – ответил Семен. Он был очень рад, что невольно прервались его мысли. Неизвестно куда бы завели его они. Сегодня больной достаточно пережил в душе. – Чувствую себя хорошо, фрау Вельц.

   – Прекрасно! Анализ крови, как всегда, отличный. Так что даю разрешение на продолжение химиотерапии, господин Браун. Еще осталось три цикла. Затем полное обследование, посмотрим что там, – врач показала рукой на живот пациента. Затем, пожелав хорошего дня, удалилась. У нее полно пациентов не только в дневном отделении клиники, но и стационаре.

  Вскоре подошла медсестра и навешала, как на новогоднюю елку, несколько хрустальных пузырьков и серебряных полиэтиленовых пакетиков на треногу. Затем подключила все к электронным счетчикам капель и соединила общий шлангчик с портом больного. Все, как минимум, четыре часа жидкости из всех емкостей будут поступать в протестующий и усталый организм мужчины.

   – Ну теперь ты надежно привязана, никуда не сбежишь отсюда. Тогда разреши мне удалиться на несколько часов! – услышал Семен голос рядом. Он повернулся в сторону пожилой пары. Муж соседки улыбнулся и подмигнул ему. Женщина благодарно рассмеялась невеселой шутке:

   – Я не сбегу теперь, это точно, а ты, мое сокровище?

   – Да кто уйдет добровольно от такой женщины? Верно? – мужчина искал поддержки у Семена.

   – Конечно, – согласился Семен и отвел взгляд от изможденной похудевшей пациентки без ресниц и волос на голове. Замысловатый парик прикрывал обнаженный череп красивой когда-то женщины.

  Через полчаса к Семену Брауну вернулась тошнота и общее состояние ухудшилось. Перед химией он себя чувствовал почти хорошо. Ядовитые капли продолжали поступать в организм. Семен старался дремать, ожидая окончание терапии, и ни о чем не думать. Для него все решено. Через три часа закончится процедура. Больно получит на сорок шесть часов насос, который продолжит подавать в организм ядовитое вещество. Затем больной удалит иголку из порта и выбросит насос. Одиннадцать дней останется у него, чтобы прийти в себя перед следующим циклом.

  Когда закончится шестимесячная терапия, то наступит пауза не менее полугода.

  Все это время он будет находиться при жизни. Не так уж мало. Ну а придет время умирать, то он знает, как помочь себе. Только нужно позаботиться об этом уже сейчас. Потом будет поздно.  


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Уважаемый Олег, тяжёлый рассказ, даже не рассказ а точное описание процесса развития чудовищной болезни - "рака". Что только не делают учёные и наука, чтобы окончательно победить это страшное зло - но, увы... Рак живёт и распускает свои ядовитые щупальца... Поддерживаю Семёна готового провести автоназию - прерывание жизни. Здесь нет греха, ведь Всевышний создал человека для нормальной здоровой жизни, а не для адских мучений...
    Вот так страшно умирала моя невестка, мама моей внучки. Зачатки рака она привезла с собой из Киева после чернобыльской катастрофы. Она ходила вместе со всеми школниками на первомайскую демонстрацию. Мать её, педагог начальных классов, тоже принимала участие в праздничном шествии. Так она, уже будучи в израиле с 1990-го года, в 1992-ом почувствовала происходящие изменения в организме и тут же приняла меры. Прошла очень удачную операцию в 1993-ем году, а старшую дочь не обследовала. Младшая дочь на семь лет младше старшей и не ходила на демонстрацию, детский сад, а в Израиле мама устроила её в кибуц интернат, чтобы она не мешала строить ей свою жизнь. Совершенно случайно, когда сын мой стал встречаться с этой милой девушкой, они уехали в Эйлат жить и работать. Сын пригласил меня и мужа погостить у них неделю - съёмное жильё. Ну, как не пойти на море не полюбоваться Красным морем. Мариночка стройная в в цельном купальнике стояла недалеко от меня. Я, безусловно не могла не обратит внимания на её увеличенную по размеру грудь по сравнению с другой. Я медработник. Тут же поставила в известность сына и потребовала обследования. Реакция сына - ой мама, ты всегда приувеличиваешь! Поднимаешь панику" ! Было это в 1994 -ом, а в 2005-ом году, после страшных мучений Маришечка умерла оставив восьмилетнюю доченьку, внучку нашу, сиротой! непростительнгая халатность и преступное отношение к своему здоровью закончилось смертью... И по сей день, горечь утраты не даёт мне покоя...
    С искренним уважением - Ариша.

  • Спасибо, Ирина. Очень не просто все это: и мир покинуть не хочется, и страшно пережить последние дни достойно. Безысходность вызывает панику. А паника - слабость. Страшно болеть неизлечимо.

  • Несколько слов в защиту автора.
    Катетер от устройства "port-a-cath", о котором идёт речь в рассказе, проводится через подключичную и верхнюю полую вену в правое предсердие - именно в сердце. Много раз участвовал в этой процедуре, и сам гулял с этой штуковиной с пол-года.
    Ошибки нет.

    Всё есть яд и всё есть лекарство. Не стоит об этом забывать. Самые обычные атропины, дигоксины и кураре - это довольно серьёзные яды. А препараты для химиотерапии настолько серьёзные, что разводить их для инфузии можно только в перчатках. Иначе будут язвы на руках.

    Решившемуся на суицид нет дела до законов об эвтаназии. Вообще - ни до каких законов.
    Препараты для лёгкой и безболезненной смерти даже не надо искать. Их полно в "шаговой доступности". Не уточняю, не хочу обвинений в пособничесве самоубийцам.

    Идиотов, избегающих встречи с врачами после успешной операции, предостаточно. Не далее, как третьего дня читал реплику такого под статьёй об онкологии.
    Пятнадцать лет назад он прихворнул. Пользуясь его замешательством, ЖЫДЫ с Каширки ему что-то вырезали. А потом товарищи по работе скрывали его от ихних настойчивых звонков. С тех пор он врачам не верит и никогда к ним не обращается. Жаль, закладку не сделал.

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 7 Июль 2017 - 16:10:55 Голод Аркадий
  • Да, уважаемые Аркадий и Олег, придётся и мне поблагодарить Аркадия Голода, каяться и признаваться в своей ошибке... Не знал я системы катетеризации сердца через подключичную артерию для постоянного введения в правое предсердие препаратов для химиотерапии, хотя сам перенёс катетеризацию сердца с установкой нового аортального клапана...Нейрохирург - узкий специалист, а анестезиолог всё знает и постепенно становится всё более незаменимым во всей хирургии и терапии, да и во всей инвазивной медицине от диагностики до реанимации и эвтаназии. Прошу прощения, но с терминами яд и лекарство тождества не признаю, хотя оно и существует. Но не в литературной терминологии о медицине. Но сейчас не об этом, а о моей неправоте. Бывает. Не простительно. Но и "на старуху бывает проруха". Это я тоже по своему адресу.
    Теперь пару слов о возможности суицида с помощью лекарств. Будь Вы, Аркадий, моим другом, я попросил бы у Вас необходимую для личной эвтаназии дозу и спрятал бы в загашник, чтобы воспользоваться вовремя или передать сыну, дочери, чтоб помогли, если понадобиться без всяких законов, как Вы пишете... Но мой земляк, анестезиолог, который репатриировался с семьёй и собакой жил первый месяц у моей дочери, потом дружил и выпивал вместе с сыном, не дал мне лекарство, а только посоветовал что, сколько, куда ввести...Забыв, что что моё состояние на тот "час Пик", я просто не смогу сам использовать... Вот и дилемма, неразрешимая для решившегося на самостоятельный уход без страданий...

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 7 Июль 2017 - 18:55:00 Талейсник Семен
  • Совершенно верно, Аркадий. Я специально заглянул в паспорт порта, который дается после операции по его установки. Шланг идет в верхнюю вену и непосредственно в сердце. После каждой капельницы проводится промывка порта. Это говорит об серьезном веществе, используемом для уничтожения раковых клеток. После химиотерапии потребуется пять лет, чтобы восстановились все хорошие клетки, которые погибли от лечения. Мой герой утверждает, что после заболевания, получал множество предложений от шарлатанов по покупке суперсредств от рака. Мол, это протестировано на космонавтах и производится в Швейцарии. Минимальный курс лечения стоит 40000 евро. В Германии не бегают от врачей, но часто и они бессильны помочь раковым больным. Почти все мои друзья и хорошие знакомые в России умерли от этой страшной болезни. Вдумайтесь, все они обратились на последней стадии. Целые поселки Тверской области живут без дедушек, одни бабушки. И их внуки не умеют разговаривать правильно. Если видят мужчину, то говорят, что это она, а не он. Печально!

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 7 Июль 2017 - 16:34:40 Андреев Олег
  • Спасибо всем, кого рассказ не оставил равнодушным. Не так все просто в жизни героя, особенно, когда пришла большая беда. Трудно судить, если физически не ощутил, как тебя накрыло с головой омерзительное состояние. Вроде цел, жив, здоров, а ожидаешь смерть. Вроде все болячки выявлены и отражены на бумаге, а они не лечатся. Даже обыкновенный насморк воспринимается с опаской. И всегда спрашивают совета онколога.
    Мой герой рассказал о своих болячках со слов лечащих врачей. Зря Семен так горячится, что диагноз неправильный и рассуждения о болезни неверные. Это слова больного, который не был врачом никогда. Причем, замечу, все разговоры велись о его болезни и перспективах излечения на чужом ему языке. Не все обороты неродной речи, возможно, переводились в воспаленной и оглушенной голой правдой голове правильно.
    По сути химиотерапия есть отравление организма. Так сказал очень известный в Германии врач. Зачем нужно это отрицать? Как можно убить клетку, если нельзя вырезать? Только отравить ядовитым веществом. Вытяжки из ядовитых грибов применяются для при некоторых видах новообразования. Неоспоримый факт!
    Одиннадцать лет после операций и химиотерапии наш герой регулярно посещал обследования первые пять лет каждые три месяца. Потом еще три года появлялся в клинике каждые шесть месяца. Затем его поздравили с выздоровлением, порадовали, что болезнь отступилась, но посоветовали являться в клинику каждый год. Герой выполнял все предписания врачей. Без этого в Германии никуда, все расписано по дням и годам. Нарушителей нет.
    Возможно, появится благополучный финал. Но герой готов к любому развитию болезни. Хотя говорить об этом ему нелегко. Единственное, что он знает точно – пьеса не окончится в этом году, будет дебютировать и в следующем. А это очень много времени.

  • Если бы Олег Андреев в самом начале своего рассказ написал, что он будет пересказан со слов больного, переселенца из России, плохо знающего немецкий язык и в рассказ будут сохранены выражения, фразы и понятные ему переведенные слова без купюр и исправлений, то тон моего комментария и часть его содержание могли быть иными- более сдержанными и менее эмоциональными. Иначе то, что касается терминологии, то следовало на каждую фразу рассказ больного, выходящую за пределы допустимости в лечении, давать объяснение, что, мол, это со слов больного, а не мнение автора, ибо в тексте звучало именно так.
    Второе. Если бы автор рассказал, как в этом ответе, что пациент посещал врачей и обследовался по описанному графику, то и на это была бы нормальная реакция, а не осуждение их...
    Остальные замечания остаются личным мнением комментатора.
    Спасибо за ответ, внесший некоторые разъяснения и погасивший несогласия.

  • Этот рассказ Олега Андреева похож на исповедь. Оч тронули чувства и размышления человека на грани безысходности. Мне по барабану мед.ляпы, стилистические погрешности и опечатки. Это не главное! А главное - обнаженная душа, ее отчаяние, метания, поиск психоанестезии, выплеск в творчестве. Жажда умиротворения?

    Почему-то сравнила со сказкой-притчей Полара ТРИ СЕКУНДЫ. Там героя везут на казнь, а он радуется последним минутам: и по хорошей дороге к красивой площади везут; и палачиха досталась удачная, не умучает; и три последние секунды после отделения головы глаза его видят любимый берег, где он был счастлив..
    Это умиротворение, почти счастье при драматичности обстоятельств, вопреки им. Жизнелюбие фонтанирует.

    Как трудно и важно быть в ладу с собой и этим миром...
    Вопреки всему.
    ))))))))) Олег, напишите продолжение с хэппи эндом!!!!!!!!
    Автору можно ВСЁ!
    Наколдуйте гл.герою полное исцеление! )))))

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 7 Июль 2017 - 12:43:12 Алекс Марина
  • Семен! Сравниваю героев, не аналогизирую!
    Конечно, жизнелюбие и умиротворение, лад с собой и миром - это о герое Полара.
    Душевные метания, отчаяние, медицинская бестолковость, извинимая и чуть трогательная - это о л.герое О.Андреева!
    Разбила мой текст на блоки, чтоб с толку не сбивать: 1. Об Андрееве. 2. О Поларе. 3. Философское обобщение с упором на: СЛОВА И МЫСЛИ МАТЕРИАЛЬНЫ! Наколдовываю выздоровление! )))

  • Вот уж сюрприз от г-жи Алекс. Совсем другой человек, хотя образ тот же - неожиданный, эмоциональный, феерический, спонтанный, неожиданный... Но мне "не нря..." и даже близко не о том, что написано у Полара в переживаниях человека, идущего на казнь. Здесь, действительно фонтанирует оптимизм и радость прожитого, а из рассказа Андреева истекает пессимизм и обвинения всех и вся. Как всегда, виновата медицина и врачи: - пропустившие, запустившие, не предупредившие. Врачи - отравители, напитывающие организм ОВ, причём вводимыми прямо в сердце. Поиски препаратов для суицида...Точное знание того, где проходит эта тонкая грань, но не между здоровьем и болезнью, как было обещано в названии, а между болезнью и смертью.. С точным определением сроков... Это не переписать, а наново написать, если получится, но при таком отношении к врачам и медицине после рецидива болезни по вине рока вряд ли можно. Но раз Марина Алекс советует, то стоит попытаться. Успехов!

    Комментарий последний раз редактировался в Пятница, 7 Июль 2017 - 12:22:24 Талейсник Семен
  • Уважаемый Олег!
    Я не смогу согласиться с мнением г.С.Талейсника о том, что в литературе для описания проявлений того или иного заболевания надо иметь мед-образование! Это нонсенс! Ведь и чума, и туберкулез в их проявлениях описывались классиками и другими писателями, не кончавшими мединститутов. Не говоря про белую горячку, дифтерит и мн.др.
    Здесь скорее прав г.Полар. Кстати, сам г.Талейсник берется описывать произведения живописи, не имея спец-образования, и у него неплохо оно получается! Нестыковочка, сэр!
    Итак, уважаемый Семен, хотя мне не дано профессионально разобрать по косточками сие произведение, как медику, но могу сказать о нем так, как вижу, с точки зрения читателя.
    Болезнь - это враг. А к врагам известно как нужно относиться - их желательно нейтрализовать. Не дать лишнего повода тебя обидеть. Вот так и герой уважаемого автора ищет собственным чутьем методы борьбы с болезнью. И грань прослеживается в рассказе именно между традиционной медициной и собственными чутьем и здравым смыслом. Другое дело, насколько здравый смысл окажется таковым в период болезни? Автору удалось показать, как протекает схватка пациента с болезнью, и это как бы взгляд человека изнутри, из очага этой жестокой схватки. И как мне показалось, ему это удалось, автору веришь и читаешь с примеркой на себя и своих близких, кого не избежала чаша сия.
    Больной идёт на химические и оперативные "экзекуции" конечно же не от веселой жизни. Деваться некуда: так болит, что мир не мил. И назвать медицину совершенной пока не приходится. Сколько людей умирает тут же после операций, и химии - не счесть! А смерть оправдать легко - не справился организм. Вот и лети на небеса. Даже если и обнаружится, что лечение было неверным, то покойнику от этого не легче.
    А насчёт летальных средств, по моему мнению, каждый имеет на них право.
    Желаю уважаемому автору выбирать решения для своих литературных героев именно такими, чтобы крайности были исключением, и везде преобладал здравый смысл.
    Н.Б.

  • Вы, Николай, уже не первый раз выступаете в роли адвоката при попытках критиковать произведения комментаторами. Что у нас не очень принято. И даже позволяете себе делать замечания и давать рекомендации, как должен поступить "виновник". Например, советовали мне извиняться, когда следовали извиняться передо мной. Но я тогда смолчал.
    Сейчас Вы наступаете на те же грабли и пытаетесь защитить автора примитивного рассказа о трагедии человека, совершенно не осуждая его за применение им терминов, недопустимых в медицине с точки зрения деонтологии: отравление, отравляющие вещества, яды , якобы вводимые врачами в сердце!!! для лечения либо проведения химиотерапии. И хотите, чтобы я прошёл мимо того, на что много лет обращал внимание на занятиях и лекциях со студентами и врачами курсов усовершенствования, осуждая такие безграмотные выражения... Автор, пишущий о медицине должен проконсультироваться со специалистом - врачом, В данном случае и с онкологом. Чтобы не писать чушь, мимо которой я пройти не мог...
    Что же касается Вашего выпада в мой адрес, то, если бы Вы внимательно читали мои обзоры живописи, то не нашли бы в них обсуждения художественной части картин, колорита, ракурса, теней, и прочих специальных художественных деталей. Я изучаю и обсуждаю, в основном как врач, соответствия изображения людей, пациентов, умерших, отношения художников к изображению признаков заболевания, зубной боли, обрезания, поведения слепых или калек. Рассматриваю вместе с читателем, обращая его внимание, на необычность картин (двусторонние, например) посвящённые новогодним праздникам, последним минутам существования, поцелуям и пр. Не стоит все повторно перечислять. Да, чуть не забыл о постоянном моём отношении с юмором к картинам автора и его персонажам. Так что не стоит меня подозревать в подмене моего дилетантства на попытки профессионального осмысления или утверждения в выводах...
    А автор рассказа, пытавшегося показать тонкую грань между болезнью и здоровьем, вообще её не нашёл и о ней не написал, вопреки претенциозному названию. Он оболгал медицину своими неграмотными терминами, он дезинформировал пациентом возможностью приобретения и применения по своему желанию летальных препаратов. Даже Вас убедил в их доступности, если только среди криминальных поставщиков, но без гарантии того, за что будет заплачено. Доступными остаются петля, газ, утопление, бросание с высоток... Для эвтаназии есть только официальный медицинский и юридический путь, но пока только в тех странах, где этот закон принят. Увы, из-за давления религиозных партий, он ещё долго будет обсуждаться. Как и в России, но там из-за дурости "царствующей" элиты, которые не признают даже нетрадиционный сексуальные связи. И последнее. Вчитайтесь в рассказ и прочувствуйте примитивность языка, упрощённость выражений, невыразительность редких диалогов и необоснованность высказываний... "Когда закончится шестимесячная терапия, то наступит пауза не менее полугода" - одна из заключительных фраз автора. Она не обоснована, хотя и безапелляционна во всём. И таких оборотов много... Всё, пока. Но я готов дискутировать и далее, так как это вопрос профессиональный и принципиальный.

  • Помните басню И.А.. Крылова «Щука и кот»? Там есть такие слова:
    «Беда, коль пироги начнет печи сапожник,
    А сапоги тачать пирожник…
    Либо у А.С. Пушкина в притче «Сапожник»:
    Картину раз высматривал сапожник
    И в обуви ошибку указал;
    Взяв тотчас кисть, исправился художник.
    Вот, подбочась, сапожник продолжал:
    «Мне кажется, лицо немного криво...
    А эта грудь не слишком ли нага?»...
    Тут Апеллес прервал нетерпеливо:
    «Суди, дружок, не свыше сапога!»
    Мне кажется, что не стоит не врачу внедряться в детали обследовании и лечения больных, а тем более в поздних стадиях ракового заболевания, когда приходится применять не безразличные для организма пациента тяжёлые и рискованные методы лечения, к которым относится и химиотерапия.
    Не пойму, почему онкологический больной даже после успешного удаления первичной опухоли с последующим курсом успешной химиотерапии не посещал врача в течение 11 лет и не подвергался постоянному контролю. Особенно в Германии, где порядок – прежде всего. Врачи, да ещё немецкие, как акцентирует сам автор, что, не предупреждали его о возможных метастазах даже через много лет? Сомневаюсь.
    Далее околомедицинская терминология:
    « Из правого легкого откачали больше трех литров воды». Вода – это то, что в кране, в реке, а из лёгкого можно откачать только экссудат, скопление жидкости…
    Нельзя назвать химиотерапию «отравлением» организма, ибо это неграмотно для врача, неправильно литературно, неэтично и не тактично и для пациента, и читателя. Автор пишет: - «Химиотерапия по своей сути есть отравление организма (нет, не отравление, а вынужденная мера лечения). Для этого больного напитывают (это слово не верное, как и следующее, ибо не напитывают, а вводят, не отравляющие вещества (это вообще название химического оружия), а препараты, лекарства, которые не являются ими) отравляющими веществами от кончиков волос на голове (почему только на голове, если у пациентки визави даже ресниц не было) до ногтей пальцев на ногах (а на руках?). Так объяснил лечащий врач мужчины (сомневаюсь). Ядовитые компоненты подаются через специально вшитый порт непосредственно через вену в сердце (не в сердце, а в кровеносное русло), чтобы оттуда равномерно разносились по всему телу». Я против всего этого абзаца, ибо для рядового читателя достаточны те фразы, которые написаны мною выше (в любой редакции). Не «Живот расстраивается», а проявляются желудочно-кишечные расстройства.
    «Странно читать примитивные рассуждения о возможном суициде с применением нужных препаратов. Можно подумать, что они продаются в аптеках без рецептов. На них никто из врачей и рецепт не напишет, ибо такого закона нет нигде. Даже в странах, где разрешена эвтаназия препараты применяют только врачи при решении консилиума и юридических органов… «Если будет хуже, то средств много сейчас, чтобы прервать трагическое течение жизни, – решил он. – Только нужно запастись нужными веществами, пока еще нахожусь на ногах». Наивно и нереально. Автор не знаком с законом об эвтаназии. А следовало проконсультироваться.
    Излишне сентиментально звучат наивные рассуждения пациента о дальнейшей судьбе в зависимости от течения болезни. И не к месту лирическая фраза, то, мол, «Вскоре подошла медсестра и навешала, как на новогоднюю елку, несколько хрустальных пузырьков и серебряных полиэтиленовых пакетиков на треногу». И тут же рефрен о поступлении в организм ядовитых веществ, как диссонанс всем прогнозам финала наступления печального исхода той болезни, справиться с которой медицина пока не может за редкими случаями, дающими повод к написанию оптимистических и пессимистических финалов подобных рассказов. Будь я модератором, даже не врачом, такой рассказ не поставил бы до его коренной переработки. Либо вообще не публиковал…Тем более, что в нём нет тонкой грани между здоровьем и болезнью, а быстро стирающаяся граница между неизлечимым страданием в поздней стадии рака? тщетными и призрачными надеждами пациента…

    Комментарий последний раз редактировался в Четверг, 6 Июль 2017 - 22:17:55 Талейсник Семен
  • А кто сказал,, что не было ошибок? А м.б. это был не Шолохов, а какой-нибудь лекарь? Там ведь и по сей день сомнительный автор...

  • Шолохов в "Тихом Доне" описал на 5 страницах смерть от аборта и избежал медицинских ошибок, а ему в это время было 19.

  • Здоровье — это единственное благо, которое каждый отнимает у себя сам! Чтобы не болеть, не надо лечить болезнь, надо лечить весь организм, всю систему в целом, нужен баланс. Это китайский подход. Восточная медицина не лечит "подсистему", она работает с "надсистемой". Болезнь идет по пятам за "невоздержанностью", для гармонии не надо допускать излишеств, избегать крайностей, идти по срединному пути. Болезни лекарствами не лечатся, дорогие мои… жить надо правильно… Важен лайф-стайл, благочестивый образ жизни. Болезни для того и существуют, чтобы бороться за здоровый образ жизни. Болезнь - это здоровая реакция организма на наш нездоровый образ жизни. Болезнью шутит тот, кто ран не ведал. Большая часть болезней наших — это дело наших собственных рук; мы могли бы почти всех их избежать, если бы сохранили образ жизни простой, однообразный и уединенный, за чтением, который предписан нам был природою. Все болезни — это своего рода наши “учителя”. Они дают нам "знак" скорректировать свои ориентиры и опоры по жизни. Болезни легче предотвращать, чем лечить. Лучше мыть руки перед едой, чем желудок после! Подобно тому, как бывает болезнь тела, бывает также болезнь образа жизни. Профилактика болезни самое разумное лечение. Прежде чем лечь на операцию, приведи в порядок свои земные дела. Возможно, ты еще выживешь. Самые тяжёлые болезни бывают от самой лёгкой жизни. Худший из недугов — быть привязанным к своим недугам, иметь игровые, блудные и другие зависимости. Язвы желудка возникают не от того, что вы едите, а от того, что съедает вас. Все болезни от не правильного питания и от не верной духовной пищи, от информационного мусора.
    С уважением, Юрий Тубольцев

    Комментарий последний раз редактировался в Четверг, 6 Июль 2017 - 21:49:32 Тубольцев Юрий
  • Уважаемая Администрация! За время, прошедшее с момента публикации моего очерка прошло менее суток, но за это время уже второй раз наслаивается второй текст. Утром Валерия исправила ситуацию и поменяла местами публикации. К вечеру уже Татьяна Демидович (и.о.) поставила рассказ Андреева, не дождавшись положенных суток (как минимум, согласно обычному порядку). Я не понимаю этой спешки. Может быть снять мой очерк и подождать свободные сутки? Прошу прощения, но мне думается, что это неправильно!

  • В этом году план по публикациям перевыполнен на 10%.

  • У них встречный план.

  • Рассказ Олега Андреева о тонкой грани между здоровьем и болезнью, между чёрным и белым, радостью и горем...
    О том, как трудно находить в себе силы, чтобы бороться с внутренним беспощадным врагом. И как страшно чувствовать себя беспомощным перед страшной болезнью. Онкология - настоящая чума нашего века. Понимаю и искренне сопереживаю, потому как мои самые дорогие люди - родители болеют. У отца сегодня была операция... Поэтому всем желаю крепкого здоровья! И пусть даже самые тяжёлые болезни будут излечимы и отступятся, продлевая нам жизни. Ведь на самом деле так мало этих лет, чтобы всё успеть... А для счастья нужно лишь здоровье, остальное всё - дело наживное!

    Комментарий последний раз редактировался в Четверг, 6 Июль 2017 - 18:51:33 Демидович Татьяна
  • Дорогая Татьяна! Я прошу у Вас прощения за мой пост после появления над моим рассказа Андреева и отношу этот промах в тем неприятностям (операции отца) которые могли быть причиной. Погорячился и пропустил нужную для понимания фразу. Марина Алекс подсказала. Не обижайтесь и пусть у папы всё будет хорошо. Желаю ему здоровья, а Вам сил и терпения.
    С уважением, СТ.

Последние поступления

Новостные рассылки

Кто сейчас на сайте?

Голод Аркадий   Борисов Владимир   Крылов Юрий   Аимин Алексей   Полар Эндрю   Демидович Татьяна  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 6
  • Пользователей не на сайте: 2,234
  • Гостей: 1,003